— Сложность же заключалась в том, что они не могли быть вместе по той же причине, по которой желали этого.
— Почему?
— В их мирах уже существовало табу на браки между братьями и сестрами, и они теперь не могли его нарушить.
— И как же они поступили?
— Ненасытному Бобу для его экспериментов одного мира было мало. Тогда он решил завладеть мирами Генри и Геры, воспользовавшись ситуацией. Он внушил им, что единственный способ для них быть вместе — это спуститься в один из миров в виде двух существ разных полов, не связанных друг с другом родственными связями. И они превратились в двух влюбленных дельфинов, переместившись в мир Геры на физическом уровне.
— В каком смысле? — спросила Белла, в воображении которой уже плескались два прекрасных дельфина.
— Что ж, может, тебе это и понадобится когда-нибудь, — задумчиво произнесла жрица, пристально осмотрев девушку. — Переместиться в мир можно тремя способами. В виде сна — когда не осознаешь себя спящего и вся реальность кажется ограниченной только этим сном. В виде аватара — когда осознаешь и тот мир, в котором находишься, и тот, который посещаешь. Но погружение происходит не полностью — как будто играешь в — компьютерную игру. Этот способ доступен богам и полубогам. И третий способ — когда полностью подчиняешься всем законам мира, в первую очередь физическим, но при этом осознаешь не только этот уровень, но и Царство Небесное. Этот способ доступен только богам, хотя и является для них ловушкой.
— В каком смысле? — задала тот же вопрос Белла, она вообще часто повторялась.
— Бог становится пленником мира, в который полностью переместился. Он помнит, кем является, но обладает только возможностями того существа, в которого превратился. Только смерть этого, существа может освободить бога.
— Теперь понятно. — Марк вспомнил то, что говорили члены Братства о превращении Боба в белую мышь.
— Кроме того, мои детки, когда бог попадает в такую ловушку и практически теряет свои способности, его мир начинает разрушаться, как и сейчас, если я верно все чувствую. Потому что сам мир не самодостаточен без воли бога. Но тогда только Боб знал это. Миры Генри и Геры начали разрушаться. И тогда Боб обратился к Святому Духу, их отцу, с просьбой передать эти миры ему, чтобы спасти их. Что ответил Святой Дух, доподлинно нам неизвестно, но — перед дельфинами, в которых превратились Гера и Генри, разошлась скала и образовался портал в новый, созданный только для них мир. Он манил влюбленных, и они разогнались, чтобы прыгнуть в него. Но у обоих в своих мирах были уже дети-полубоги. Генри прыгнул не задумываясь, а Гера засомневалась и замешкалась. То же влияние собственного мира, которое подарило ей любовную страсть, привило ей и страсть материнскую. Она не могла покинуть сына. Скала снова сошлась, убив дельфиниху и освободив Геру. Она осталась богом в своем мире. А Генри остался один в мире, созданном для двоих. Потом он тоже стал свободен от него, но его собственный мир достался Бобу. Жизнь в одиночестве на небольшой, для двух дельфинов, планете заставила Генри много думать и анализировать. И когда его дельфин умер естественной смертью, Генри освободился и уже не стал создавать собственный мир, став магистром.
— Понятно, — сказала Белла, хотя это было и не совсем так. — У Геры уже был сын?
— Да, и я чувствую, что вы его тоже знаете. Его зовут Гарри.
— Бешеный Гарри?!
— Может, и бешеный, смотря какой у него сейчас возраст.
— Не поняла.
— Он у него меняется. И это тоже занятная история. Полубоги вечны и обычно всегда молоды, всегда одного возраста. Но у Гарри с Лаурой все немного по-другому.
Возникла пауза. Белла и Марк наслаждались живым теплом костра и удивительными рассказами жрицы. Они, конечно, не забыли ни о своих матерях, ни об опасности, нависшей над всем миром, но сейчас все это осталось за кругом света от костра. Время как будто замерло. И в этом безвременье сестра Мэй рассказывала легенды, древность которых ставила под сомнение само существование времени как чего-то текущего и непрерывного.
Они познакомились в Царстве Небесном — молодой полубог Гарри, сын Геры и молодого пастушка, и Лаура — дочь Боба и, понятное дело, пастушки. Будучи полубогами, они постоянно пребывали каждый в своем мире, но и в Царстве Небесном бывали часто. Миры этого — кластера спроектировал Боб, и их особенность — сильно выраженное отличие мужского и женского начал. Вернувшись в них, и Лаура, и Гарри испытали сильное чувство друг к другу, но разрешить им вместе путешествовать в другие миры, чтобы быть рядом, могли только их родители-боги. Проблема состояла в том, что когда Лаура переносилась в Царство Небесное, чтобы попросить отца перенести ее в мир Гарри, то здесь ее страсть превращалась в обычную симпатию, ради которой не стоило беспокоить могущественного Боба.
