Тавискарон не стал реагировать на слова существа, которому нельзя доверять ни при каком раскладе. Он сделал вид, что потерял к Комгаллу всякий интерес, и, хмуро сведя брови, перевел взгляд на помост, с которого выступал посланец Тамарина. Говорил о том, что недавно они пережило крупное нашествие нечисти и чародейка Моравола сыграла не последнюю роль в избавлении от темных тварей. Тавискарон что-то слышал об этом, но не посчитал достаточно важным для запоминания. К чему ему знать, что происходит на другом конце северных герцогств, если все его силы должны быть брошены на то, чтобы завладеть венцом архимага?
Спустя несколько минут место посланца занял глашатай, которого, впрочем, как и посла, толпа совершенно не собирается слушать. В этот момент Комгалл и решил напомнить о своём присутствии на площади.
— Я задал тебе вопрос, человек, — холодно прорычал демон над ухом Тавискарона, едва не заставив его вздрогнуть. Лишь реакция и сила воли позволили ему не выдать мимолетную слабость.
— И ты уже понял, что мне плевать, — племянник Августина сделал шаг в сторону. — О чем я должен знать?
— А разве ты не чувствуешь? Артефакт не простая коробка, человек, — зловеще прошептал Комгалл, однако несмотря на шум и крики толпы Тавискарон слышал каждое слово. — Скверна моего повелителя уже проникла в тебя. И скоро, поверь мне, быстрее чем ты успеешь насладиться победой, ты станешь как я, проклятый…
Тенебрис не успел даже толком разозлиться. Стоило ему открыть рот, чтобы закричать на демона, как раздался оглушительный грохот, Цитадель Архимага озарилась серебряным светом, а к небу устремились десятки разноцветных огненных шаров.
Выступление Августина началось!
Моравол, Площадь Архимага, Северная Часть, 20:00
Разноцветные огни ударили в воздух, цитадель архимага буквально засияла и со всех сторон раздалась торжественная музыка. Люди восхищенно замерли, ожидая увидеть то, ради чего они постарались забыть о случившихся сегодня происшествиях, и ради чего решились стоять несколько часов на переполненной площади. Зная, кого именно они сегодня смогут увидеть, люди приходили сюда за несколько часов до начала выступления, стараясь занять место поближе, не ожидая, что от трибун их все равно отгонит появившееся перед началом мероприятия оцепление.
Сотни взглядов были прикован к трибуне, на которую медленно и торжественно поднималась статная фигура архимага. Августин был одет в праздничный костюм фиолетового цвета, а его лоб украшал серебряный венец герцога. На груди блестел символ архимага.
— Его Величество герцог Августин! — провозгласил глашатай и поклонился своему хозяину. Этот же жест повторили многие горожане. Те из них, кто мог себе позволить подобное в появившейся давке.
Герцог оглядел тяжелым взглядом собравшихся вокруг него людей и оперся руками о перила помоста.
— Господа, — он говорил не громко, однако благодаря магии каждый человек слышал его слова. — В первую очередь я хочу поздравить вас с еще одним прошедшим годом. Для кого-то он был трудным, для кого-то этот год был лучшим в его жизни. Кто-то за эти двенадцать месяцев многое приобрел, другой многое потерял, однако… эти месяцы все же закончились.
В его голосе не было ни капли торжественности. Слова Августина звучали не как поздравление. Нет, он словно просто подчеркивал факт, и это вызвало недоумевающую реакцию почти у всех, кто сейчас слушал его. Тавискарон наблюдал за дядей из толпы и был почти уверен, что знает следующие слова герцога. Несмотря на дальнее расстояние, он прекрасно видел выражение лица Августина. Его едва сдерживаемый гнев. И понимал, что через минуту он скажет то, что понравится остальным еще меньше.
Однако… архимаг улыбнулся и куда более бодро и радостно заговорил.
— И я рад, что новый год вы решили встретить не где-нибудь, а в одном из самых роскошных и могущественных городов всего известного мира! Да, мы не всегда рады гостям, но сейчас я хочу, чтобы каждый из вас получил как можно более незабываемые впечатления о моем городе. Чтобы несмотря на то, что случилось сегодня днем, каждый из вас в конце дня сказал, что это был лучший праздник нового года из всех, что он когда-либо праздновал!
Люди начали терять интерес к Августину. Его выступление оказалось не таким уж и важным, каким его обещали сделать. Просто обычное поздравление, которое к тому же выглядело настолько плохо, что по мнению большинства уж лучше бы моравольцы оставили разговоры глашатаю. Он хотя бы умел говорить и привлекать внимание толпы. Пусть и далеко не всей.
Августин увидел это, но совершенно не омрачился. Он сурово осмотрел толпу и кивнул.
— Понимаю, вам скучно. К черту все эти напыщенные слова, которые вам сегодня говорили не раз и не два с этого самого места. Важного из торжественной части только объявление, что сегодня всю ночь будет раздаваться бесплатное вино в торговом и ремесленном квартале.
