— Ты пришла поговорить со мной не как с герцогиней, — Валерия оторвалась от окна и вновь посмотрела на гостью. — Верхушка Моравола знает, что задумал Тавискарон Тенебрис. Как знает и о колдуне, который решил использовать чужие амбиции для достижения своих целей. И мы делаем все, чтобы разрушить их планы.
— Тогда почему они до сих пор отравляют Моравол своим присутствием? — Чародейка усмехнулась. — Почему Августину приходится действовать самому, чтобы Тавискарон вытащил всех предателей на убой?
Ледяной взгляд северной герцогини буквально пронзил чародейку насквозь. Впервые за последние несколько лет она почувствовала страх перед кем-то и пожалела о том, что минуту назад вела себя так развязно.
Пытаясь сгладить конфликт, она поменяла позу на более строгую и, словно извиняясь, произнесла:
— С другой стороны, тогда почему он держал это в тайне от тебя…
— Почему он НЕ ДЕРЖАЛ это в тайне от ТЕБЯ?! — Не выдержав, сорвалась Валерия и метнула в Эниду моментально сформированный кусок льда. Пролетев несколько метров, он столкнулся с предусмотрительно поставленным щитом пиромантки и превратился в небольшую лужицу у ее ног.
Несмотря на попытку убить ее, чародейка решительно сделала вид, что ничего не было. Пусть она и была приближенной Августина, но прекрасно понимала, что герцог никому не простит драку со своей женой.
— Все эти годы я верно служила ему, а он что?! — продолжила кричать герцогиня. — Ни единой капли доверия! Одни тайны! До сих пор я трачу кучу сил, раскрывая его секреты! И тут появляешься ты! Дикарка из южных…
— Я служу его роду гораздо больше, чем вы думаете, госпожа Тенебрис, — сдержанно ответила Энида, медленно осознавая, что страх, который она испытывала перед чародейкой был следствием магии. — Колдовство, которое вы используете, запрещено на территории Моравола. Не только глава рода Комниных поклоняется Первоначалам?
— С чего ты взяла? — Опешила герцогиня, но тут же взяла себя в руки. — Не важно. Зачем ты заявилась ко мне, дикарка? Разве ты не должна нестись, сломя голову, навстречу Тавискарону?
— Нет, — уверенно сказала Энида. — Тавис скоро сделает свой шаг и, думаю, он — твоя проблема. Меня же сейчас заботит совсем другое. Кто отвечает за лабиринт?
— Что? — Удивилась Валерия. — Не понимаю, о чем ты?
— Думаю, вы прекрасно знаете, госпожа Тенебрис. — Энида встала и подошла к герцогине. — Вы прекрасно знаете, что пожар, устроенный в торговом квартале, отчасти моя вина. Как знаете и то, что след вел в подземелья Моравола. Полагаю, гвардейцы уже донесли, что именно мы искали через общий фон?
Валерия пристально посмотрела на чародейку и покачала головой.
— Возможно, но тебя это заботить не должно. След, ведущий в лабиринт — пустышка, — она еще больше нахмурилась и строго спросила. — Надеюсь, мне не стоит винить тебя в том, что случилось?
— Я здесь не при чем. Когда мы появились в подземельях, они уже были переполнены этими… тварями.
— Я сделаю вид, что поверю тебе.
Энида медленно кивнула и отступила на шаг назад.
— Почему след, ведущий в лабиринт — пустышка?
Герцогиня ответила не сразу, несколько секунд размышляя над тем, стоит ли доверять практически незнакомой чародейке. В конце концов факт того, что Августин сделал ее своей приближенной, помог ей определиться.
— Элий отвечает не только за торговый квартал, но и за подземелье. И он целиком и полностью выполняет мои приказы.
— Элий? — задумчиво протянула чародейка. — Цестиан Элий?
— Твое вмешательство нарушило наши планы. Благодаря тебе, жезл не попал в руки трущобного герцога, и добрую половину наших планов пришлось переделывать на ходу… Тебе известно скольких усилий стоило наложить отслеживающие чары на проклятый артефакт подобной силы?
— Нет, — небрежно бросила Энида и зашагала к двери. Больше у нее не было никакого желания продолжать разговор с носителем крови Комниных — Цестиан Элий, значит…
Моравол, Дворцовый Квартал, 16:50
Андриан восторженно оглядывался по сторонам. В первый раз за всю свою жизнь он оказался в этой части города и не мог взять себя в руки, чтобы перестать рассматривать великолепные дворцы аристократии. Родившись в трущобах, юноша и не представлял, что когда-нибудь станет магом и уж тем более сможет побывать в дворцовом квартале, попасть в который почти невозможно для обычного жителя города.
Нет, он не раз и не два видел роскошные дома через прутья ворот, которые преграждали путь в квартал, но вблизи всё выглядело гораздо ярче и богаче.
Забыв обо всем, группа из трех адептов рассматривала окружение, разгуливая по кварталу, словно оказались в музее или картинной галерее, чем немало притягивали к себе недовольные взгляды проходящих по улице магов.
— Почему на нас так пялятся? — спросила Мильва, почувствовав себя неуютно.
— Потому что оборванцам не место в дворцовом квартале, — недовольно фыркнул Андриан.
— Кого ты назвал обор…
— Как мы будем искать ту чародейку? — Оттон решил прервать Мильву прежде, чем между чародеями начнется еще один спор. — Не думаю, что нам ответят, если мы подойдем к одному из них.
