Ингемар недоверчиво посмотрел на француженку, а Рейвен нахмурился. Оба мужчины сразу поняли, что Дмитрий продолжает развлекаться, но впервые капитан немножко позлорадствовал, что хоть кто-то в состоянии заставить эту вздорную дамочку плясать под свою дудку.
Постепенно алкоголь начал сглаживать острые углы среди собравшихся. Рейвен, Эрик и теперь уже Дмитрий продолжали свою общую тему, а спутница Фостера окончательно заскучала. Она перебралась к графине и принялась с ней общаться на хорошем французском.
- А я смотрю, вы предпочитаете блондинов, Лилит, - хихикнула Наташа, поглядывая то на Ингемара, то на Эристеля. Последний несколько пугал ее своим мрачным молчанием, в то время, как Ларсер умудрялся флиртовать с тремя женщинами одновременно.
- Ну что вы, голубка, - с иронией ответила графиня. – Один из них молчаливее надгробного камня, а второй меняется в пристрастиях, точно флюгер во время шторма.
- Графиня, не будьте столь жестоки, - отозвался Ингемар. – Перестаньте со мной играть, точно с игрушкой, которую упомянул Рейвен в подземельях ле Корбюзье... Йо-йо?
- Между вами что-то есть? – внезапно напрямую спросила Оксана. Этот странный треугольник начал ей надоедать.
- Графиня ясно дала мне понять, что мы – всего лишь друзья.
- Близкие друзья! – с вызовом поправила его Лилит.
Ингемар несколько оторопел. Собственничество со стороны ведьмы было ему понятно, но он никак не ожидал, что графиня разозлится всерьез. Эта девушка не привыкла быть на вторых ролях, и наличие Оксаны в данной ситуации ее откровенно раздражало.
Русская, казалось, тоже не собиралась отступать.
- Тогда вы должны порадоваться за своего друга, графиня, - отозвалась Оксана. – Мне очень трудно понравиться. Это должен быть очень интересный человек.
Ее слова привлекли внимание Эрика, и наемник искривил губы в усмешке.
- Девушки, не хмурьтесь, меня хватит на всех, - попытался отшутиться Ларсен. – Графиня, я переменчив, как флюгер, только в плане напитков, что касается красивых женщин – в этом я до бесконечности постоянен. Я одинаково горячо люблю всех прекрасных дам.
- Скорее, более доступных..., - усмехнулась Лилит.
- Графиня, на вашем месте я бы не стал так резко..., - мягко начал Ингемар, желая защитить Оксану.
В тот же миг Эристель поднялся из-за стола и тихо произнес:
- Прошу меня извинить!
Привлеченные спором, Дмитрий, Рейвен и Эрик прервали разговор. Фостер откинулся на спинку стула с таким видом, словно для полного счастья ему не хватало лишь попкорна, Барон пристально посмотрел на Оксану, ясно давая понять, что не потерпит разборок за своим столом, а Рейвен проводил взглядом некроманта. Выждав несколько секунд, полицейский поднялся и, извинившись, покинул застолье.
- Он что, побежал его успокаивать? – нахмурился Ингемар. Лилит бросила взгляд на выход, тоже порываясь было уйти, но Ларсен накрыл ее руку своей и шепнул:
- Останьтесь хотя бы на еще на пятнадцать минут. Потом уйдете.
- Он спас мне жизнь, - произнесла Лилит и виновато опустила глаза. – Я немного заигралась.
- И тем не менее, я настаиваю, чтобы вы доиграли свою роль.
Графиня никак не ожидала услышать таких слов от Ингемара, и в ее глазах промелькнуло уважение. Ловелас и нарцисс, коим всегда считала капитана Лилит, впервые показался ей куда более глубоким человеком, чем он хотел казаться.
«Неужели все это время вы носили маску?» - подумала она.
Тем временем Рейвен нагнал Эристеля. Тот прогуливался по краю перрона, не обращая внимания на неприятный сквозняк. Когда Харт поравнялся с ним, некромант заговорил первым.
- Я знаю, что вы давно хотите спросить меня кое о чем... Если желаете, - с этими словами некромант прищурился, - я отвечу. Только задайте правильный вопрос. Тот самый...
Мужчина спокойно наблюдал за тем, как Рейвен щелкает зажигалкой и прикуривает. Но вот инспектор выдохнул дым и тихо произнес:
- Пол Харвент... Мне нужно знать, жив ли он?
Эристель не сводил с Рейвена пронзительно-зеленых глаз, смакуя его настороженность. Полицейский понимал, что некромант – не поисковая система «гугл», которая бескорыстно отвечает на поставленный вопрос.
- Его нет в моей власти.
Харт сделал еще одну затяжку:
- А ее муж, действительно...
- Да. Теперь дух огня – неотъемлимая часть этой девочки.
Харт нахмурился. Он никак не хотел поверить тому, что Мириа обречена быть всего лишь съемной квартирой для этого проклятого духа.
- И ты ничего не можешь сделать?
Эристель безразлично пожал плечами.
- Это специфическая магия, которую используют самые древние и дикие народы, и в ней нет места жалости. Но повторюсь, я жалею это невинное дитя. По сути, она расплачивается за глупость своего мужа – в мире есть и другие способы.
- Например?
- Она может вернуться снова. Вот только будет несколько иной... К сожалению, в ней нет вашей силы, полукровка. Она – всего лишь человек.
Рейвен молча докурил сигарету, а когда заговорил вновь, его глаза на долю секунды вспыхнули медным:
- А каким тогда вернется брат Лилит? Он ведь тоже - всего лишь человек...
