«Что за...» - в тревоге подумал Косэй и вновь резко обернулся на Нахти. Теперь оракул уже не скрывал своего ликования. Он смотрел на Сфинкса, кривя свои уродливые губы в довольной ухмылке. Чему так радуется этот проклятый старик? Неужто он думает, что чужеземец может одолеть Сфинкса? Если да, то каким образом?
Сфинкс стоял на арене, уже будучи совершенно спокойным. Его противник нашелся, бой вот-вот начнется, и воин планировал выиграть для Косэя еще одного раба. Эрик не казался ему серьезным соперником, поэтому Сфинкс не видел смысла убивать его без всякой необходимости. Однако, и он не мог припомнить, каким образом Фостер победил в прошлом бою. Казалось, исход боя был решен уже с самого начала.
Эрик поднялся на арену, неуверенный и встревоженный. У него не было никаких гарантий, что тень придет ему на помощь, поэтому рассчитывал, что сумеет застрелить Сфинкса раньше, чем тот атакует его. О Косэе он знал только то, что этот человек сдирает кожу с любого провинившегося, поэтому мысль оставаться у Имандеса и иметь какое-то свободное время казалась ему куда соблазнительнее, чем чистить конюшни для этого психопата. Лилит отзывалась о нем довольно мягко, однако Эрик уже давно понял, что предпочтения этой дамочки нетипичны даже в практике доктора Фрейда. Казалось, сама того не подозревая, графиня западала на всех маньяков, извращенцев и лесных чудищ и при этом пыталась доказать, что на самом деле они очень даже хорошие и душевные.
Фостер бросил оценивающий взгляд на Сфинкса, но мужчина по-прежнему смотрел куда-то в пол. На его лице не возможно было прочесть ни единой эмоции, и это еще меньше понравилось Эрику. Тогда Фостер бросил взгляд на одного из организаторов турнира, который вот-вот должен был ударить в гонг. «Нужно выстрелить практически одновременно, иначе конец» - думал Фостер. Он уже снял пистолет с предохранителя, теперь оставалось только нажать на спусковой крючок.
Но внезапно Косэй стремительно поднялся с места и громко закричал:
- Я снимаю Фейсбук с боев!
Эти слова вызвали поразительную реакцию. Зал загудел, словно потревоженный улей.
- Косэй, зачем? Это же лёгкая победа! – Нефертари озадаченно посмотрела на своего друга.
- Вы уверены, господин? – удивление послышалось и в голосе организатора. Косэй обернулся на Нахти, заметив, что улыбка исчезла с его губ. Теперь старик выглядел злым. Его слепые глаза сверкнули яростью, однако волю Косэя оспорить было невозможно. По залу прокатился ропот возмущения. То, что Сфинкса снимают с боев, казалось чем-то невероятным.
- Уверен! – подтвердил красноволосый и теперь перевел взгляд на своего воина. Услышав эти слова, Сфинкс вздрогнул, как от удара. Он непонимающе смотрел на своего господина, словно тот незаслуженно влепил ему пощечину. Затем отрицательно замотал головой и положил руку на рукоять кинжала. На лице Фостера тоже промелькнуло удивление. В этот миг он испытал облегчение, что ему не придется сражаться с тем, кто может с легкостью прикончить его.
- Ты слышал мой приказ! Иди сюда! – рявкнул Косэй. Сфинкс попятился назад.
- Лев колосится... – начал было он свою странную речь, но договорить не успел.
- ЖИВО! – заорал Феникс. Нефертари, не понимая поведения Косэя, попыталась было его отговорить, но красноволосый будто не слышал её слов. Он не сводил глаз с тени Эрика, которая теперь лежала так, как должна по законам физики. Но ведь всё было иначе, когда Фостер шел по ступенькам. Косэй был уверен в том, что ему не показалось.
Сфинкс, сгорая от стыда, с мольбой смотрел на своего хозяина. Подобное унижение казалось ему невыносимым, но все же мужчина медленно поплёлся на свое место. Теперь его лицо вновь приняло спокойное выражение, но в глазах стояли слезы. Он никак не мог понять, чем так провинился перед хозяином, чем заслужил подобное отношение.
Эрик остался на арене один, чувствуя, как от волнения вспотели его ладони. Рукоять пистолета, казалось, вот-вот выскользнет из его пальцев.
- Кто-нибудь хочет оспорить победу Червя? – недовольно поинтересовался организатор. В этот миг Рейвен обратился к Нефертари.
- А я могу оспорить?
- А кто тебя пустит? – усмехнулась египтянка.
- Я запросто смогу выиграть его. Он – мой... друг. Никто не заметит, что...
- Может, и не заметят. А сможешь ли ты выиграть остальные восемь поединков? Сомневаюсь, Рейвен. Я не буду тобой рисковать.
Тем временем Ильнес обратился с тем же предложением к Всевидящему. Хоть он и терпеть не мог Фостера, но посчитал, что лучше, чтобы они были вместе, нежели каждый выкарабкивался по отдельности. Помощи от Эрика ждать не следовало, но выиграть его для Всевидящего казалось Ильнесу на данный момент самым правильным. Однако эльф получил отказ, так как сегодня уже сражался на арене. Нахти отказал и Ингемару. Капитан был изранен, к тому же Имандес пришел бы в ярость, если бы его «друг» забрал бы у него любимого раба.
- Эрик на многое способен. Позвольте сразиться с ним! – продолжал настаивать капитан. – Я выиграю вам его с легкостью.
- Нет, он принадлежит моему другу. Мне не нужны его вещи, - улыбнулся Нахти.
