- У нее была сестра или близкая подруга? – спросила графиня. Нефертари пожала плечами.
- Быть может, у Ра или Осириса была избранная? – Харт немедленно предложил другую версию. – Я имею ввиду, Анкханар была у Сэтха. Может, у кого-то из других богов была...
- Это надо у богов спрашивать, - фыркнул Косэй. – Слышали, Алоли, Аризен? Если пройдете Пирамиду Достойных, вы знаете, какой вопрос вам следует задать. Главное, чтобы Боги посчитали вас достаточно хилыми и захотели помочь вам. В чем я крайне сомневаюсь.
- То есть... Не все, прошедшие пирамиду, получают покровительство? – Дмитрий заметно помрачнел.
- Конечно, нет. Боги покровительствуют только слабым и необычным. Алоли и Аризен сильные. Как и Кайтана. Скорее всего их отвергнут.
- А что насчет наших бойцов? – вмешался Рейвен. – Капитан? Стриж? Червь? Каковы их шансы?
- Стриж может вообще не дожить до богов, - холодно произнесла Нефертари. – Он быстрый, но на третьем уровне начинаются преимущественно магические поединки. Ему должно очень повезти с противником, чтобы он выжил. Что касается Капитана, то сражается он хорошо... Быть может, ему удастся встретиться с богами. Главное, чтобы нашелся кто-то, кто захочет ему покровительствовать.
Косэй хищно осклабился и произнес:
- Пусть он станет сильнее, и я убью его без угрызений совести.
- Сейчас не он отравил нам еду, - напомнил Дмитрий. – Что насчет Эрика?
- Эрика? – переспросил Косэй. – Червя что ли? Тут и дураку понятно. Для покровительства он слишком силен. Настолько, что сам не в состоянии удерживать свою силу.
- Получается, одна надежда на капитана, - задумчиво подытожила Лилит. Будучи игроком, она предпочитала не делать ставку только на одного всадника в забеге, поэтому редко проигрывала. То, что Эрик оказался сильнее, чем того желают боги, повергло её в отчаяние. На Ильнеса она не рассчитывала, потому что юношу действительно всё это время спасала лишь его скорость. А если его противником окажется кто-то вроде Аризена? Что тогда?
- Мы не можем рассчитывать только на одного, - словно прочитав ее мысли, произнес Дмитрий. Чуть помедлив, он добавил, – если завтра будет возможность оспорить чью-то победу, я это сделаю.
- Я тоже, - ответил Рейвен.
- А кто вам позволит? – ледяным тоном поинтересовалась Акана. – Я не выставлю Дми-три на арену, даже если сам Ра потребует этого.
Алоли удивленно вскинула брови: неужто эта высокомерная богачка запала на своего раба? И как же она будет с этим жить?
- Мы поговорим об этом наедине, - чуть тише произнес Лесков, обратившись к Акане.
- Мне не о чем говорить со своей вещью, - в голосе девушки послышалась сталь. - Вещь останется при мне по причине, которая ей прекрасно известна. И на этом разговор себя исчерпал.
- Да ну? – Лесков с вызовом посмотрел на Акану, явно давая понять, что подобный тон ему не нравится.
- Тебе госпожа сказала, значит, так и будет! – вступилась за подругу Нефертари. – Откуда вы такие наглые беретесь? Что касается тебя, Рейвен, то я тоже не выставлю тебя на арену. Ты просто не выживешь.
За столом повисло тяжелое молчание. Косэя чертовски взбесило, что женщины даже не хотят рискнуть своими новыми игрушками, в то время, как Лилит сама задумалась о том, чтобы оспорить чье-то право на победу. Озвучивать она этого, разумеется, не стала. Если она решится, то Косэй узнает об этом завтра прямо на трибунах. Лилит упорно казалось, что Дмитрий тоже может показаться богам слишком сильным. Его умение внушать людям свою волю во время зрительного контакта автоматически вычеркивает из списка его противников большую часть. У Рейвена в теории было больше шансов. Но и рисковал он значительно серьезнее остальных. Харт был метким стрелком, но разве меткость может уберечь его от магической атаки?
«Боги, как можно быть столь сильным и столь уязвимым одновременно», - с досадой думала графиня, глядя на Харта. «Быть драконом только глубоко в подсознании и не иметь доступа к своей настоящей сущности... Что может быть ужаснее для такого, как он?»
- Что? Никто не голоден? – не выдержал Косэй, заметив, что никто до сих пор так и не притронулся к еде. Происходящее начинало раздражать его всё больше, но прежде чем хозяин дома успел прийти в разрушительную ярость, графиня начала спасать ситуацию. Будучи от природы умной женщиной, она знала, как найти подход практически к любому человеку. Однако такое количество столь сложных и разноплановых людей ей не доводилось встречать даже при дворе.
- Рейвен, месье Лесков, пожалуйста, - мягко попросила она, заметив, что оба мужчины вот-вот готовы подняться с места и без разрешения удалиться. Было видно, что их самолюбие задето, и графиня, чуть понизив голос, добавила:
- Главное, что мы сами знаем, кем являемся на самом деле. И на что способны.
Акана бросила на Лилит пронизывающий взгляд, пытаясь понять, что значат её слова. Эти белокожие рабы никак не желали смириться со своей участью и постоянно пытались казаться выше других себе подобных.
