Но едва мальчик бросился к двери, Ингемар успел его задержать. Лилит перевела его вопрос:
- Ты знаешь, где катер может пришвартоваться?
- Да, в том самом месте, где я рассказывал вам о домике и лодочном сарае. Бежим, пожалуйста. Надо помешать ему зайти в особняк. Он приехал за нами!
- Я попробую добежать до них, - произнес Рейвен и уже шагнул в сторону двери, как Ингемар схватил его за локоть и заставил остановиться. Вот теперь капитан не сдерживал своей силы, и Харт в одну секунду оказался рядом с мужчиной, точно непослушный ребенок, которого дернул отец.
- Не смей принимать такие решения самостоятельно! – резко произнес капитан. – Уйдешь один и не вернешься, мы пойдем тебя искать. Уйдем вдвоем, на девушек могут напасть, и они не отобьются. Не смей их бросать, Харт!
На миг в глазах Рейвена вспыхнул гнев, но затем он перевел взгляд на взволнованное лицо Мирии и устало вздохнул.
- Хорошо... Вместе так вместе.
Ларсен кивнул и, подхватив старшего мальчика на руки, первым бросился к двери.
Вдалеке Ингемар и остальные сумели различить силуэты шестерых мужчин. Было достаточно светло, но серое осеннее солнце зарылось в тучи, не позволяя четко рассмотреть происходящее.
- Папа, не ходите туда! – закричал Этьен.
- Стойте же! – подхватил Рейвен, но люди не слышали их. Отец мальчиков постоянно выкрикивал имена своих детей, но ветер точно поглощал его крики или уносил куда-то в сторону озера, чтобы развеять над водой. - Мы не успеем их догнать. Черт возьми! Они войдут в дом.
-Тогда дети останутся в катере, а мы пойдем за их отцом, - оборвал его Ингемар. Неудивительно, что блондина выбрали капитаном корабля и, наверное, невольно признали лидером нынешней группы. Рейвен был слишком импульсивен и совершенно не мог работать в команде. Если даже в полиции никто не хотел с ним работать из-за его неумения согласовывать свои действия, что уж говорить о лидерстве в столь странной компании. Харт рисковал собой, и ему везло, но зато он не раз подставлял под удар своих напарников лишь потому, что привык рассчитывать только на себя. Напарники мешали ему, точно неразумные дети, бегающие под ногами. Их нужно было прикрывать, с ними нужно было договариваться, обсуждать свои действия, в конце-концов, общаться. Ингемар, в свою очередь, был тем, кем Рейвен пытался стать, и, наверное, именно это больше всего бесило в нём Харта.
Первое разочарование постигло беглецов уже тогда, когда они не обнаружили ключей, чтобы завести катер. Планировалось, что дети отчалят от берега, чтобы твари не могли до них добраться, пока Ингемар и остальные будут выуживать из логова смерти своих спасателей. Но увы. У детей осталась возможность лишь спрятаться на дне, чтобы хотя бы не болтаться на виду.
- Нужно спешить! – воскликнула Лилит, в тревоге глядя на проклятое здание. – Чем глубже они уходят, тем меньше у них шансов выжить.
Знакомый тоннель встретил путников первым трупом. Человек сидел наполовину в воде, и его лицо было искажено в страшной гримасе. Большая часть его шеи отсутствовала, точно что-то вырвало плоть огромными острыми зубами..
- Я – не профи, но это точно не дело рук, точнее зубов наших соплеобразных знакомых, - прошептал Ингемар. – Тут есть что-то еще. Будьте начеку. Но для начала обыщем труп. Может, нам повезет, и ключи от катера окажутся у него.
Хладнокровно, но чертовски верно. Сейчас уже не до спасения человечества. Нужны были ключи, и даже Рейвен не мог не согласиться, что глупо рисковать детьми, надеясь спасти еще и их родителя. Но надежду вновь сменило разочарование. Карманы убитого оказались пустыми.
Круглая, хорошо знакомая Рейвену и Мирии комната, на этот раз не была пустой. Там лежал еще один труп, на этот раз с оторванной головой.
- Боже, не могу это видеть, - прошептала Мириа, поспешно отворачиваясь. Ей приходилось видеть трупы, но настолько обезображенные пугали даже ее.
- Бойся живых, а не мертвых, дорогая, - мягко произнесла Лилит, приобняв девушку за плечи. – Скоро все закончится.
«Но в нашу ли пользу?» - подумал Рейвен, но вслух свои мысли не озвучил. Он и Ларсен переглянулись, понимая, что нужно идти вперед, в тот самый тоннель, откуда повалили те белесые существа без лиц. Но сейчас безликие здесь не бродили, точно что-то спугнуло их, как крыс.
