- Только на это и надеюсь, - ответила графиня, но все же улыбнулась девушке. В каком-то смысле ее радовало, что она не находится одна с этими солдатами, и хоть кто-то способен держаться ее уровня. Лилит предпочитала сдержанных, утонченных и элегантных мужчин с изысканными манерами и хорошо поставленной речью. Ее не привлекала грубая сила, так как конюхи и каменщики сильны, но даже самое слабое заклинание может превратить их в горстку пепла. Другое дело, умные мужчины... Если у капитана еще был шанс исправиться в ее глазах, то Рейвен напоминал ей дворового мальчику, который умеет махать кулаками и быстро бегать. Но на удивление, ни к тому, ни к другому она не испытывала откровенной неприязни. Ей нравилось лидерство Ингемара, нравилось его умение сохранять спокойствие в опасных ситуациях. К тому же, с Ларсеном можно флиртовать, в то время как Рейвен, казалось, шарахается ее. То ли боится, то ли хранит верность той блондинки из участка. Инспектор показался ей чуть интереснее лишь в тот момент, когда нашел вентиляционную шахту. Если раньше Лилит полагала, что Рейвен надеется только на кулаки, то в данном случае он оказался хитрее. Это не могло не радовать. К тому же, во время допроса полицейский не позволил своим убогим коллегам освистывать ее, точно фокусницу на ярмарке. Значит, у него есть хоть немного понятий о приличиях. Даже дворяне-инквизиторы вели себя, как скот, издеваясь над ведьмами. Этот же не стал.
Мириа... Голубка Мириа. Разве может этот хрупкий ранимый цветок выжить в этом мире? Оказывается, может. Аленький цветочек оказался плотоядным, иначе как эта девчонка так спокойно расстреляла чудище, мчащееся на нее. Да, может, из-за спины Рейвена, да и внимание монстра было тоже обращено на полицейского, но девочка могла завизжать, заплакать, потерять сознание, в общем, проделывать весь этот бред, коим так гордятся все придворные дамы. Но нет. Она повела себя иначе, и именно поэтому Харт все еще был жив...
Спустившись по лестнице, группа вновь попала в коридор. Здесь пахло сыростью, но воды, на удивление, не было. Но и электричества, к сожалению, тоже. Пришлось двигаться вперед, прикрывая свет фонарей ладонью, чтобы не привлечь внимание еще непонятно чего. Мириа шла следом за Рейвеном, почему-то упорно стараясь держаться именно его. А ведь это странно! В полицейском участке она откровенно его боялась – резкий, раздраженный, насмешливый. В Османской Империи он был напуган, агрессивен и постоянно всех обвинял в своем перемещении, никому не веря и никого не слушая. Казалось, он и Ингемар порвут друг друга на части, благо, капитан умудрялся сохранять равновесие и не доводить до драки, иногда даже молча глотая обидные обвинения в свой адрес. Здесь же Рейвен повел себя иначе. Он наконец поверил в происходящее, стал мягче, спокойнее. Как будто бы смирился с происходящим. Его поступок по отношению к ребенку поразил Мирию и полностью изменил сложившееся мнение. Такие мелочи, как поданная рука, куртка, чтобы обогреть, быстрые вопросы «как вы, мэм?» заставили девушку поверить, что он на самом деле дворянин, просто другого века. Отверженный и заботливый, наверняка, уважающий своих родителей. Наверное, вдохновившись примером отца, он стал полицейским, чтобы защищать добропорядочных людей.
Ингемар, напротив, казался Мирии куда менее понятным. Если Рейвена можно было читать, как открытую книгу, да и разговор его был плюс-минус понятен, то история капитана Ларсена как минимум была напечатана шифровальной машинкой «Энигма». Он говорит совершенно непонятными терминами, постоянно рассказывает про космос и, что еще не понятнее, ощутимо превосходит в физической силе всех остальных. Когда он вызвался на арену против лучшего воина Османской Империи, Мириа поняла, что имеет дело с одним из самых отважных людей среди всех, кого знает. Ингемар был безупречным лидером, неунывающим и при этом рассудительным, и в то же время у него доброе сердце. Он также как и Рейвен захотел спуститься в шахту за угодившим в беду ребенком. К тому же Мирии казалось, что капитан имеет какое-то влияние на Лилит. Он словно отогревает ледяное сердце графини, и женщина сменяет гнев на милость после каждого их разговора. Иногда Мириа замечала, что между этими двумя проскальзывает симпатия, во всяком случае, со стороны Ингемара это чувствуется. Хотя периодически капитан ведет себя, как последний ловелас, не забывая флиртовать и с самой Мирией, порядочной замужней девушкой. Благо, ведьма не ревнует и не насылает на нее порчу в виде облысения или ужасных бородавок.
