Когда графиня вышла из зала, где она купалась, то заметила, что большинство из воинов арены были уже собраны. Ее невольно поразило то количество украшений, которое она увидела в столь крохотном помещении. Первым делом в глаза ей бросились светлые волосы Ингемара и Ильнеса. Этих двоих невозможно было не заметить. Облаченные в белые одежды, они казались едва ли не местным божеством. В длинные волосы обоих мужчин были вплетены золотые нити, отчего прически обоих буквально сверкали на солнце. Но оба блондина все-таки отличались друг от друга. Один выглядел холодным и неприступным, другой, напротив, теплым и улыбчивым.
Остальные спутники ведьмы отличались от египтян белой кожей и короткими волосами, в которые ничего не удавалось заплести. Некоторые жрецы сетовали на то, что они не в состоянии сделать этих воинов красивыми, но Рейвен, Эрик и Дмитрий мысленно ликовали, что местные «стилисты» не могут превратить их черт знает во что. Праздничная одежда, в которую были облачены «драконы», казалось, еще больше подчеркивала непричастность этих троих к Египту.
Скользнув взглядом по собравшимся, Лилит с досадой заметила, что Ингемар и Рейвен держатся друг от друга подальше. Капитан стоял подле Ильнеса, который служил своего рода барьером между рассорившимися друзьями. Напряжение, сквозившее между ними, не укрылось и от Дмитрия.
- Харт и Ларсен, - еле слышно произнес он, обратившись к Эрику. – Я что-то пропустил?
Фостер выглядел задумчивым, однако этот вопрос мигом заставил его оживиться. На лицо наемника вернулась ироничная ухмылка.
- Капитан развлекся с Нефертари, не удосужившись спросить разрешения у своего друга. Видимо, он не рассчитал, что Рейв – собственник и крайне неохотно делится своими девицами.
На миг на лице Лескова появилось удивленное выражение. В проклятом Египте их готовы убить каждую свободную минуту, а эти два идиота умудрились рассориться из-за какой-то девки.
- Санта-Барбара, - устало произнес он и раздраженно нахмурился. Что-что, а Ларсену и Харту стоит чаще думать о том, как вернуться домой.
Лилит уже хотела было подойти к их группе, когда один из жрецов окликнул ее и пригласил заняться ее внешним видом. К здешним «приготовлениям» графиня уже привыкла, однако в этот раз они затянулись. Ведьма не могла увидеть себя в зеркале, однако по лицам своих спутников поняла, что жрецы потрудились на славу. Разве что девушке казалось, что украшений было уж слишком много, да само платье уж больно откровенным. Два боковых разреза на юбке, которые доходили до самых бедер смущали ведьму, но она решила этого не показывать.
- Вы выглядите просто восхитительно, графиня! – произнес Ингемар и, приблизившись к Лилит, поцеловал её запястье. Лилит одарила его сдержанной улыбкой. Она была не в настроении для флирта. После того, что они пережили в Пирамиде Достойных, девушке хотелось поскорее снять проклятье и вернуться во Францию. За все это время графиня настолько устала, что, казалось, она вот-вот сорвется. Лилит утратила большую часть своих магических сил, а, главное, способность спать без кошмаров.
Если бы графиня могла читать мысли, то она бы поняла, что ее спутники думают о том же самом. Почему-то сейчас они чувствовали себя подавленно, и только Ингемар пытался внешне держать себя в руках. Он по-прежнему одаривал улыбками рабынь и других воительниц, в то время, как эльф и драконы выглядели встревоженными и мрачными. Одна мысль занозой сидела в мозгу, не позволяя отвлечься: а что если боги не дадут им своего покровительства? Никому из них? Что если боги не захотят отвечать на заданные вопросы?
В их компании воцарилось тяжелое молчание. Дмитрий машинально щелкал застежкой часов, не обращая внимания на свои бессмысленные действия. Эрик выглядел настороженным. У Ильнеса все еще были свежи воспоминания о Пирамиде Достойных и о том, что могло с ним там произойти, если бы не Ингемар. Что касается Рейвена, то он по-прежнему ощущал энергетику этого отвратительного места. Харт ненавидел посещать места убийств, морги и даже больницы, потому что все чувства умирающего немедленного перекидывались на него. Он ощущал на себе их боль, страх и отчаяние. И поэтому не раз напивался, чтобы избавиться от ненавистного «послевкусия».
Вопреки ожиданиям Лилит и Ингемара, которые полагали, что встреча с богами случится в Главном Храме, воинов арены отправили в пустыню. Здесь уже были разбиты шатры, в которых их дожидались оракулы и самые богатые господа города. Вместо праздничной музыки Достойных встретило гнетущее молчание. Белые глаза оракулов слепо пялились на появившихся воинов, словно пытались проникнуть в их душу. Господа, среди которых были Косэй, Нефертари и Акана, казались не менее угрюмыми. Подле каждого господина и оракула был сопровождающий. Рядом с Косэем – Сфинкс, рядом с Нефертари – Кайтана, а рядом с Всевидящим почему-то находилась Кобра, девушка, которую выиграл Ильнес в одном из боев. Эльф первым встревожился, заметив подмену. Обычно подле Всевидящего всегда находилась Роса, но девушки не было ни на сборах, ни здесь.
