Рейвен нацелил пистолет в голову ближайшего врага, уже готовый нажать на спусковой крючок, но тут вмешалась Лилит.
- Отпустите его, капитан. Он больше не повторит подобного, не так ли? – ледяным голосом произнесла графиня. В ее зеленых глазах вспыхнула ярость, и светловолосый мужчина поспешно кивнул. Прядь волос соскользнула ему на лицо, и Ингемар заметил, что его ухо заострено, точно у кошки.
- Крестьянка из человеческого рода не имеет права высказывать эльфу своего неодобрения, госпожа, - смиренно произнес воин. – Но если мое поведение гневит вас, я больше не посмею допустить подобного.
Услышав эти слова Ингемар медленно разжал его запястье, радуясь тому, что оставил этому уроду на прощание синяк.
«Надо было сломать тебе руку, чтобы надолго запомнил, какого это – бить слабых...», - подумал капитан. Рейвен опустил пистолет, и арбалетчики последовали его примеру.
- Я встречусь с королевой завтра утром, - произнесла графиня, пытаясь выиграть время, но эльф медленно покачал головой.
- Боюсь, она сочтет это оскорблением, госпожа... Прошу вас, постарайтесь собраться силами и навестить ее во дворце немедленно.
«Как будто у меня есть выбор, незнакомец», - подумала Лилит, заметно мрачнея.
- Хорошо... Мою одежду почистили с дороги, поэтому мне пришлось облачиться в эти лохмотья. Чем грязная роскошь, лучше чистая простота.
- Это мудро, госпожа. Я позабочусь о том, чтобы вам и вашим спутникам предоставили подобающую одежду. Мое имя – Анарэль, и отныне я отвечаю за ваши удобство и безопасность.
«Ты хотел сказать, свободу?», - подумала Лилит и первой шагнула к двери. Ее сердце бешено колотилось, когда эти светловолосые воины расступились перед ней, но она понимала, чем может грозить неподчинение.
- А я только поверил, что у нас впервые получилось одно спокойное перемещение, - тихо произнес Ингемар, поравнявшись с Рейвеном. – Это их ты увидел через окно?
- Нет, снаружи их не было, - отозвался полицейский. – Я вообще не понимаю, как они приблизились к дому... На мосту нет их следов. На полу в доме они так же не оставили снега, точно вообще не касались земли. А сейчас мы идем за ними и..., смотри внимательнее, капитан.
Ингемар посмотрел под ноги и тихо присвистнул. Эльфы по прежнему не оставляли следов.
- Юпитер и всего кратеры... Думаешь, маги?
Рейвен бросил взгляд на главаря воинов, и Анарель моментально обернулся, точно почувствовав его. Затем эльф посмотрел себе под ноги, и, шагнув вперед, оставил свой первый след.
- По моему, он еще и мысли читает, - тихо произнесла Мириа, обнимая себя за плечи, чтобы не дрожать от холода.
Они перешли несколько мостов, миновали четыре дерева и приблизились к резной винтовой лестнице, спускающейся вниз. У ее основания была сколочена бревенчатая пристань, и пленники увидели три белоснежные ладьи.
Путешествие по болотам было долгим и пронизывающе холодным. Тонкие льняные одежды не могли согреть, а влажные волосы и вовсе грозили тем, что все четверо серьезно заболеют. Но эльфы, казалось, не замечали холода. На них были кожаные доспехи, но их руки были оголены. Определенно, им тоже должно было быть не жарко, но эти создания явно привыкли к такой погоде.
Лодки беззвучно шли друг за другом, разрезая собой снежную поверхность топей. Следом за последней ладьей тянулась широкая черная полоса потревоженной поверхности болот, и Лилит невольно поморщилась, чувствуя запах гнилой застоявшейся воды.
В окнах большинства домов горел свет, и кто-то из местных жителей даже распахнул окно, чтобы лучше посмотреть на чужеземцев. Но ни один из них не осмелился выйти из дома или хоть что-нибудь крикнуть. На болотах царило зловещее молчание, и, казалось, даже ветер стих, не желая привлекать к себе внимания.
- Зачем мы понадобились их королеве? Они узнали о перемещении? – на английском прошептала Мириа, обратившись к Рейвену.
- Даю руку на отсечение, что да... Но, кажется, хозяева дома нас не выдавали. Глядя на ту женщину, я усомнился, что можно изобразить столь неподдельное удивление.
- Я рада, что капитан не позволил ударить ту старушку. Это было бы... чудовищно!
Рейвен молчал. Конечно, Ларсен поступил, как нормальный мужчина, помешав остроухому размахивать руками, однако теперь, главное, чтобы эльф не захотел с ним поквитаться. А этот, определенно, может захотеть.
Замок королевы вырос из темноты, точно призрак. Его белокаменные стены сливались со снегом, лишь высокие башни пронзали черное небо, точно лёд. Крепость размещалась на небольшом болотном островке, отчего вокруг нее не было ни роскошного парка, ни бьющих фонтанов, ни тенистых аллей. Всю площадь острова занимал замок, отчего казалось, что его стены уходят глубоко под воду.
Казалось, в крепости было еще холоднее, чем снаружи. Рейвену это здание напоминало Миланский Собор, которое на десять этажей превосходил размерами итальянский храм. Казалось, его готические белые своды достигают небес. Изящные колонны стремились вверх, вырезанные искусными мастерами, пол был выложен белыми мраморными плитами, отчего складывалось впечатление, будто этот замок собран изо льда.
