Затем девушка вспомнила о ране на своем плече и невольно улыбнулась, радуясь, что на коже не осталось даже царапины. Она бы никогда не позволила себе продемонстрировать безобразный шрам, поэтому пришлось бы навсегда отказаться от платьев с открытыми плечами. Но вот Лилит коснулась обжигающе холодного кулона на своей груди и вспомнила все, что случилось на болотах. Камень не вернул себе прежнего бордового цвета, оставаясь мутно-серым, с уродливой трещиной по всему диаметру. Девушка сжала камень в кулаке, не желая, чтобы он соприкасался с обнаженной кожей. На миг ей захотелось сорвать его и швырнуть в воду, вспоминая, что за чудовище заключено в нем. Несмотря на прекрасное лицо, Эристель был самым страшным созданием, с кем она когда-либо имела дело. Но вот француженка взяла себя в руки и позволила украшению висеть у нее на шее. Холодный камень коснулся кожи, отчего по телу девушки пробежала дрожь.
«Все это только ради брата...», - подумала она. «Только ради него!»
Выбравшись из лодки, графиня принялась разыскивать своих спутников. Одного из них она нашла спящим в соседней лодке.
- Просыпайтесь же, месье Харт! – нетерпеливо произнесла она, когда полицейский наконец приоткрыл глаза. На миг у него закружилась голова, но вот он поборол приступ дурноты и выбрался из лодки.
- Корабль? – неуверенно произнес он, оглядываясь по сторонам. Его внимание тоже привлекла необычная шлюпка, больше похожая на капсулу, нежели на лодку. Внутри он заметил несколько кнопок, но не рискнул нажать на одну из них.
- Что это за язык такой? Написано латиницей, но ни на один европейский язык это не похоже.
- Главное, что мы его понимаем, - ответила ведьма. Она помрачнела, представив, что им сейчас придется обыскать весь ряд этих бесконечных лодок, чтобы найти остальных «спящих».
- Вы нашли Эристеля?
Да, Рейвен задал этот неприятный вопрос, на который француженка пока не придумала ответа. Что-что, а признаться всем, что она рисковала их командой, чтобы воскресить покойного брата – это верный способ встретиться с ним без посредничества некроманта: Тануэн просто испепелит ее, едва она закончит объяснение.
- Нет, - солгала графиня. – Раз мы перенеслись, это уже не имеет значения.
- И все-таки. Чего вы добивались?
- Думала, что он сможет нам помочь. Говорю же, наши раны исцелились, поэтому ни Эристель, ни проклятая королева меня больше не волнуют. Мы помогли им разрушить барьер, и сейчас я искренне рада, что драконы не успели до нас добраться. Даже вы, месье жандарм, вряд ли уговорили бы этих господ пощадить нас.
- Графиня..., - Лилит услышала тихий голос Мирии и заметила, как девушка растерянно выбирается из лодки. Рейвен успел подать ей руку, и от него не укрылось смущение девушки.
- Благодарю вас, мистер Харт, - тихо произнесла она. В тот же миг полицейский испытал облегчение: с ними вновь была Мириа Харвент, скромная и вежливая, а не непредсказуемая стерва, называющая себя Тануэн.
– Что произошло? – спросила англичанка - Я потеряла сознание на балконе и когда очнулась, то обнаружила себя в лодке...
Рейвен запнулся, не зная, как рассказать девушке про тот фильм ужасов, в котором они оказались, и кто был главной приглашенной звездой.
- Миссис Харвент, вы..., - начал было он, подозрительно неуверенно растягивая слова, но тут Лилит перебила его.
- Вы задаете такие же вопросы, что и мы, голубка, - хладнокровно солгала она. – Мы тоже потеряли сознание именно тогда, когда вы скрылись на балконе.
- Какое облегчение это слышать, - улыбнулась девушка. – Мне снился такой странный сон...
Рейвен бросил на Лилит тяжелый взгляд.
«Надо ли было врать ей, графиня?» - подумал он.
- И что вам снилось? – как ни в чем не бывало поинтересовалась француженка, оглядываясь по сторонам в поисках их четвертого спутника.
- Какая-то светящаяся башня и мертвецы, - девушку буквально передернуло от неприятных воспоминаний. Но затем ее губы тронула улыбка. – Но в этом сне я была более полезной, нежели в ловушке со скорпионами. Почему-то я победила всех врагов и спасла вас.
Рейвен и Лилит вновь переглянулись. Видимо, Мирии, действительно, что-то приснилось, но часть произошедшего, к счастью, все-таки переплелась с ее сном.
- Я был бы не прочь, если бы меня спасла такая девушка, как вы, Мириа Харвент, - услышали они голос Ингемара. – То, что вы показали нам...
В тот же миг Ларсен запнулся, заметив, как смотрят на него Лилит и Рейвен.
- Что я показала вам? – осторожно спросила Мириа, переводя растерянный взгляд то на блондина, то на графиню, то на полицейского.
- Вы превосходно показали себя в общении с тем безобразным троллем, - выкрутилась Лилит.
- Это был орк, - осторожно поправила ее англичанка.
- Не важно! – отмахнулась француженка. – Я бы никогда не смогла быть столь сдержанной и учтивой. Ваши манеры заслуживают высшей похвалы. Голубка, вы – прирожденная аристократка!
