Свое исследование Линтон назвала «По два предмета в день в течение пяти лет», хотя это название отражает лишь первую часть работы. На деле каждый вечер в течение десяти лет Линтон садилась за стол в своем доме в Солт-Лейк-Сити, брала чистую регистрационную карточку размером 15 на 10 см и впечатывала три строки с описанием события, которое произошло с ней в этот день. Над каждым событием она ненадолго задумывалась, оценивая степень его сложности, эмоциональности, важности, информативности; кроме того, Линтон оценивала вероятность обсуждения этого события с другими и его «серийность» (например, одна лекция из двенадцати). На оборотной стороне карточки она писала дату и смешивала ее с другими карточками за данный месяц. Первое число каждого месяца было днем испытаний (как выяснялось, во всех смыслах этого слова) – в этот день Линтон выбирала наугад две карточки из прошлого месяца и пыталась угадать, какое из событий произошло раньше и когда именно; вся процедура проходила с включенным секундомером. Задача состояла в том, чтобы оценить способность определять очередность событий во времени.
Подход Мэриголд Линтон – записывать ежедневные события и потом проверять точность их запоминания – был применен и в группах. Трудность заключалась в том, что эксперимент не позволял оценить автобиографическую память в целом – только ее часть, отдельные события. Среди них неизбежно окажутся события самые незаурядные – понятно, что они останутся в памяти. Итак, избирательность памяти имеет значение: вы едва ли запишете, что уронили письмо, когда подносили его к почтовому ящику, а раз так, впоследствии проверить на этом событии вашу память будет невозможно. И все-таки исследования, основанные на дневниковых записях, пролили некоторый свет на то, какие события мы запоминаем, в каком порядке их выстраиваем и как из этих автобиографических воспоминаний формируется наше ощущение времени, личной биографии.
После испытаний Мэриголд Линтон меняла местами каждую карточку в картотеке – получалось, некоторые события попадались чаще других. Именно эти события она датировала лучше всего – чем чаще воспоминание обсуждалось или служило поводом к размышлению, тем вероятнее вы не только вспомните событие, но и запомните его дату. Классический тому пример – события 11 сентября: их дату мы никогда не забудем, потому что она не только часто упоминается, но и фигурирует в названии события. Что до личных воспоминаний, то логично предположить: лучше запоминается так называемое плохое. Однако Линтон доказала обратное. И опять же, скорее всего, это происходит благодаря повторению в уме. Оконфузившись на людях, мы некоторое время будем переживать, но с годами эмоции поутихнут (хотя сейчас все больше событий – приятных и неприятных – накапливается в социальных сетях, так что в будущем ситуация может измениться).
Феномен носит название эффекта угасания – казалось бы, противоречащая здравому смыслу идея о том, что отрицательные воспоминания со временем выветриваются, а положительные остаются. Идея в том, что обсуждение события из прошлого сказывается на воспоминании об этом событии по-разному: в зависимости от того, приятное было событие или нет. Итак, всякий раз, когда вы говорите о старых добрых временах, вы заново переживаете связанные с ними события и сопровождавшие их приятные эмоции. Однако чем чаще вы вспоминаете неприятные события, – за исключением крайних случаев посттравматического стрессового расстройства, – тем быстрее стираются воспоминания о них. Это позволяет справиться с неприятной ситуацией и жить дальше[79]. Интересно, что победы мы воспринимаем ближе к настоящему, в то время как поражения отодвигаются: время словно щадит наше чувство собственного достоинства.[80]
