Глаза мужчины расширились, и это была единственная его реакция, прежде чем я всадил свой шестидюймовый нож в левую сторону его шеи. Я наблюдаю за тем, как он падает на свою яичницу, умирая у меня на глазах. Вытащив нож из его горла, я вытираю лезвие о его джинсы, прежде чем вернуть оружие обратно в карман.
– Я же говорил, – произнёс я уже неподвижной фигуре.
Теперь мне нужно вызволить свою девочку. Я не могу думать о том, что она уже может быть мертва. Я не могу, потому, что, если это так – это будет моей последней битвой. Если Виа мертва – тогда этот день станет и моим последним. Потому что, если это так, тогда внутри я уже разделил её судьбу.
– Знаешь, обычно мы не выбираем женщин с татуировками. В предпочтении чистая кожа, но сейчас всё иначе. Теперь многие из моих клиентов просят именно татуированных девушек. Насколько же я удачлив, что заполучил вместе блондинку и брюнетку, – произнёс мужчина, которого зовут Дерри. Он сидел перед нами, а его манера подачи такова, словно он считает себя королём. В его глазах нет раскаяния. Ничего. Он робот.
Мы с Хеленой сохраняли молчание. Не уверена, как долго мы здесь пробыли, прежде чем нас разбудили, вылив на головы ледяную воду. После чего, этот низкий, тихий, холодный мужчина представил себя как «Дерри», и сообщил нам, почему нас похитили,
Хелена что-то сказала о том, что Дерри сумасшедший ублюдок. На это мужчина отвесил ей пощёчину тыльной стороной ладони, а после сделал это ещё раз. Он разбил её губы, и, кроме того, в уголке правой ноздри девушки застыли засохшие капельки крови. После этого похититель исчез на некоторое время.
Я понятия не имела, где мы. Помещение, в котором нас держали, выглядело, как спальня, но она была полностью пустой, за исключением стула, на котором сейчас сидел Дерри. Морозно-белые и зелёные обои отклеились от стен, а свет едва-едва проникает сквозь закрытые тёмно-зелёные занавески, благодаря чему я хотя бы могу сказать, что сейчас день. У нас двоих, у меня и Хелены, запястья связаны за спиной. Чуть раньше рассмотрев связанные руки подруги, я поняла, что вместо верёвки похитители использовали галстук. Единственное, что я могла сказать наверняка – бандиты попытаются вывести меня из себя, поэтому мне нужно попытаться оставаться тихой, насколько это возможно.
– Даже не думай, что твой драгоценный мальчик придёт спасти тебя, моя дорогая. Он уже мёртв.
– Пошёл ты! – Не задумываясь, ответила я. Боль прошибла меня уже через секунду, и я не успеваю сделать вдох, когда на моё лицо обрушивается второй удар ладони.
– Чёртовы женщины! – выплюнул Дерри. Я впервые услышала, как он повысил голос. – Теперь вы обе будете слушать, и слушать внимательно. Я не хочу причинить вам боль, потому что в конце дня придёт время вашей продажи. А мои клиенты не захотят вас, если на вашей коже будут ушибы, побои или порезы. Как думаете, что будет с вами в таком случае? – Мужчина провёл линию по своему горлу. – Я убью вас. Вы не нужны мне, если я не получу за вас какой-либо прибыли. Подумайте об этом.
Я слушаю, что он говорит, но не понимаю его слов, отчаянно пытаясь бороться со своим дыханием и слезами, потому что боль разрывает мою голову.
Когда Дерри подошёл к двери, он развернулся к нам.
– Ещё кое-что. Я не собираюсь развлекаться с вами, но не мои люди. Пока они не оставляют каких-либо отметин, я могу решить, хочу ли я, чтобы у них была свобода действий по отношению к вам двоим. Ни одна из вас не девственница, – наёмник пожал плечами. – Порча товара не будет заметна.
Его смех эхом раздаётся вслед, когда Дерри покидает комнату. Посмотрев на Хелену, я замечаю слёзы на её лице.
– Айзек, – прошептала я.
– Я не хочу слышать и слова об этом чёртовом человеке, – прошипела она.
– Он придёт, – говорю я подруге, игнорируя её свирепые взгляды сквозь слёзы, направленные на меня. – Послушай, он придёт.
– Что заставляет тебя так думать? Потому что он так сказал? – Саркастично отвечает Хелена.
– Хэй, мы вместе увязли в этом.
Мне больно, но я знаю девушку слишком хорошо. Когда Хелена напугана – она агрессивна. Это единственная её реакция на страх. Единственное, что она знает.
– О, Боже, мне жаль.
Её слова смешиваются со всхлипами.
– Чш-ш-ш, всё в порядке, – успокаиваю её я. Мне кажется, что моё лицо опухло, и я понятия не имею, будет ли это хорошей идеей, если Айзек придёт. Но он пообещал мне, и я верю ему. Не важно, что произошло, он любит меня – я знаю это. Я уверена.
– Он придёт? Ты уверена?
– Да. Я уверена в том, что он придёт, – пытаюсь убедить Хелену и саму себя в этом.
