Исход Авроры полностью

Сегодня последние выжившие в галактике перенесут нас в сектор Тэта – самое густое обиталище Сорняков. И там они умрут, сдерживая Ра’хаама так долго, как смогут, выигрывая для нас время, чтобы мы могли вернуть «Неридаа» домой.

Если потерпим неудачу, история человечества – история всех разумных видов во Млечном Пути, кроме одного, – закончится сегодня.

И даже если мы победим, сегодняшний день станет последним в их жизни.

Я стою на мостике «Защитника» с Тайлером и его командой – мы с Кэлом пришли попрощаться, прежде чем отправимся на корабль эшваров. И я чувствую себя такой крохотной, когда смотрю на Семпитернити с экрана. На малюсенькие огоньки, что испещряют ее поверхность. Каждый из них – это комната, в которой кто-то живет.

Сегодня все эти огоньки погаснут.

«Я создам для вас другое будущее, – молча обещаю я им. – Отдам все до последней частички своей души, чтобы все изменить».

Словно прочитав мои мысли, Тайлер молча обнимает меня за плечи. Мы наблюдаем, как разношерстный флот Семпитернити занимает позиции, готовый хлынуть через рифт в тот момент, когда Путеходцы прорвут его.

Затем в наших коммуникаторах раздается громкий и жизнерадостный голос:

– «Защитник», прием. Джонс, твой пассажир на месте?

Тайлер обменивается взглядом с Элин, бетрасканкой, и Элин наклоняется к микрофону, чтобы ответить:

– Мы собираемся выгрузить ее. В чем дело, Редлих?

– Ну, я тут подумал: когда она вернется туда, откуда прибыла, может, у нее получится оказать мне услугу, – говорит голос. – Эта штука меня долгие годы беспокоила, и вот у меня появился шанс прояснить ситуацию. Видите ли, я почти уверен, что оставил включенным конвектор, когда мы эвакуировали Радин IV. Может, у нее получится написать мне, чтобы я был более осторожен на этот раз.

По палубе разносится негромкий смех, и напряжение немного спадает.

– Передаю, – ухмыляется Элин.

– Вон корабль Редлиха, – говорит Тайлер, указывая на потрепанный красный шаттл, на борту которого выцветшими буквами написано «Буксир».

Пока я смотрю, свет в кабине то гаснет, то включается снова.

– А это приветствие, – вставляет Тош из-за наших спин.

Прежде чем кто-либо еще успевает заговорить, в комме снова раздается гудок:

– Эй, Джонс, как думаешь, твоя подруга могла бы сделать заказ у «Эйзмана»? Пару тысяч рогаликов, доставка сегодня?

И снова:

– Раз уж пошла такая пьянка, а сможет она моего братца отыскать и передать ему, что это я разбил его желтый грузовик?

– …скажи мне, чтобы я остался в школе, эта работенка реально бесперспективная…

– …посоветуй мне промотать все на поездку в Райзу. Позже я, оказывается, поехать не смогу…

– …предупреди меня, чтобы я держался подальше от блондинок…

И так снова и снова, пока они, смеясь, уплывают в темноту, занимая свои позиции. А огоньки на их шаттлах…

вспыхивают…

вспыхивают…

вспыхивают…

в знак приветствия.

К концу я плачу. И на мостике я такая не одна. Мы все смеемся сквозь слезы, и смех затихает, лишь когда Лаэ подходит к Тайлеру, и звездный свет отражается в ее серебристо-золотых волосах.

– Время, капитан.

Тайлер жестом подзывает меня к себе, и я наклоняюсь, чтобы заговорить в микрофон.

– Вас поняла, ребят, только вот думаю, я недостаточно взрослая для того, о чем попросила команда «Галаванта».

Я делаю глубокий вдох, успокаиваю свой голос.

– Обещаю, я сделаю все возможное, чтобы у вас появился второй шанс сделать все правильно.

Пауза. Еще один вдох.

– Но я навсегда запомню вас такими, какие вы есть сейчас.

Я делаю шаг назад, и на этот раз, когда поднимаюсь на цыпочки и обвиваю руками шею Тайлера, его руки крепко обхватывают меня, выжимают из меня весь воздух, и мы стоим так, не отпускаем друг друга, ведь сделать это ужасно тяжело.

Отпустить.

И я бы, наверное, снова расплакалась, если бы Тайлер не сгреб в охапку Кэла, а испуганное выражение лица моего любимого не заставило меня рассмеяться.

– Счастливого пути, брат, – тихо произносит Тайлер Джонс. – Кто-то же должен присматривать за нашей девочкой.

• • • • •