Искра полностью

Сумрак оказался сумраком, а скрежет — покосившимися петлями. Просто сумрак, просто скрежет. Просто старый дом на вершине холма, затянутого рассветной дымкой. В заброшенных поместьях даже днем чудится, что кто-то дышит в спину, а уж утром, после ночного происшествия и рассказа Джейн…

Сжимая подвеску, я решительно пересекла коридор и вошла в свою комнату — но все же отдала дань малодушию, рывками раздвинув портьеры. Залитая жгучим белым спальня на мгновение показалась чужой, такого беспорядка я не устраивала даже в детстве. Господи, что должно было присниться, чтобы сбить подушки и простынь в изножье, а одеяло и вовсе сбросить на пол? Вывернуть с полок одежду, рассыпать шпильки?.. Или это сделала не я? — мелькнуло видение распахнутого шкафа и вынимаемых платьев.

Прошлой ночи я почти не помнила, прочно отпечаталась лишь женщина с черными когтями la fumeuse d'opium и лишающий рассудка страх — его тень накрыла меня в коридоре. А стоило шагнуть к постели, к страху добавилась тошнота. На висках, на затылке выступили капли пота, желудок свело. Я вдруг поняла, что прежде милая комната мне больше не нравится, я не хочу здесь находиться и, тем более, спать. Не здесь, не в месте, оскверненном чужими.

Нужно вернуть свои вещи в спальню Алекса. Но сначала — вместе с Джейн дождаться мистера Мартина.

Триединый, пожалуйста, пусть Томас Ллойд доживет до заката! Тогда Алекс успеет ему помочь… Смилуйся, Господи, Ты знаешь, что я прошу не для себя, а для Джейн. Я слишком хорошо знаю, что такое терять близких…

Я искала нижнюю юбку в шкафу, когда пронзительный крик миссис Ллойд расколол тишину и взлетел над холмами:

— Не-ет! — смолк, захлебнувшись, и снова забился в висках: — Тини! Мисс Тини!

Господи…

Мягкая ткань с шорохом упала на пол. Не помня себя, я выскочила из спальни, скатилась по лестнице, ударившись ладонями, распахнула входную дверь:

— Джейн! — но внизу, у реки, никого не было — ни на мосту, ни на лугу, ни даже под дубом, растущим уже за границей. Ночной туман упал тяжелой росой, и скошенная трава перед домом слепила глаза расплавленным серебром.

— Джейн! Где вы?

— Тини, помогите! Нога…

Голос шел из-за конюшен, вплотную прижавшихся к чугунной ограде. Я протиснулась сквозь прутья решетки, закрыв лицо локтем, продралась меж бузиной и сиренью: «Джейн, я сейчас!», обогнула валун — и ошеломленно застыла, увидев Уилбера. Перевязанный бинтами маг выглядел так, словно час назад побывал под колесами экипажа.

— Мы не закончили вчера, — сказал он и, схватив за локоть, втолкнул меня в собравшийся за его спиной сгусток тумана.

Пустоши дышали сентябрем, но на изумрудно-зеленой поляне, окаймленной ивами, застыло вечное лето. Теплые рассветные лучи текли по травам, золотили туман, ярко подсвечивали алые вкрапления маков вокруг — и точно такие же пятна проступили на повязках Уилбера, когда я, захлебываясь криком, забилась в его руках:

— Отпустите! Отпустите меня!.. Госпожа Риа…!

— Тихо! — прошипел маг, заткнув мне рот горячей ладонью. Стиснул талию, подтащил к старой иве, прижал к сухому ребристому стволу так, что стало больно плечам. — Не ори, я ничего тебе не сделаю. Поговорить хочу.

В неверной тени, образованной шумящей кроной, Уилбер как никогда походил на дитя Старой Крови. Но больше всего — на чудовище. Худой, высокий, изломанный, бледный, он наклонился так низко, что закрыл собой утро, остались лишь горящие янтарным зрачки и острый коготь у самого глаза.

— Не кричи. Не беги. Не нужно привлекать к себе внимание на территории фейри. Ты поняла меня? — Маг ослабил хватку, и я замычала, чувствуя, как подкашиваются ноги. Что угодно, только пусть выпустит!..

Уилбер помедлил, вглядываясь мне в лицо, убрал руку с губ. Отодвинулся, позволяя вдохнуть. Глотая слезы, я плотнее запахнулась в куртку Александра, незаметно коснулась топаза — «Пока он с тобой, ничего не случится», — но, несмотря на подвеску, спина и затылок заледенели, будто бы рядом был не живой человек, а вся темнота коридора.

— Ты всерьез собралась замуж за Райдера?

Я кивнула, и от этого короткого жеста Уилбера перекосило сильнее, чем от потревоженных ран.

— А ты знаешь, что он разорен? — выплюнул маг. — Что к концу года попадет в долговое рабство к Королеве? Даже если он сможет протащить ваш брак, помелькать при дворе у тебя не выйдет — ни сейчас, ни через двадцать лет!

— В рабство? Алекса?!.. Как…?! — побледнела я. В глазах Уилбера мелькнуло злорадное удовлетворение.

— Две недели назад он выжег Уайтчепел от Санта-Катарины до Коммершиал-роуд, — сказал маг, скрестив руки на груди. — Его должны были повесить, но благодаря лорду Берли Райдер отделался штрафом. Вот только денег у него нет, с попустительства Королевы его кузен Марлоу…