— Да кто же знал, что всё так повернётся, — отвечал с досадой полковник. — Я сразу предположил, что Ледовскому может понадобиться Андрей. Это было ещё тогда утром, когда мы вообще обнаружили эту воинскую часть. Андрей боялся, что ты не дашь ему влезать во всю эту авантюру, поэтому и обещал рассказать тебе всё попозже. Наверное, не успел, а может быть просто подходящего случая не было.
— Эдик, я всё понимаю, ты человек государственный и мыслишь порой в совершенно недоступных простым людям плоскостях, но как тебе вообще могло в голову прийти устроить подобную провокацию?
Возмущённый голос Мирона долетал до меня как будто через вату, однако все слова слышались вполне себе отчетливо. Я попытался пошевелиться и с радостью понял, что тело начинает меня слушаться. Пусть пока с трудом, но всё-таки это гораздо лучше, чем ощущать себя полным паралитиком.
— Мирон, ну а какие были варианты? — голос Эдика звучал тише. В нем вообще слышалась огромная усталость, мне даже стало его немножечко жалко. Жалко??? Я с удивлением прислушался к своим ощущениям и понял, что желание убить полковника действительно куда-то испарилось.
— Надо было просто не мешать Андрею, — с жаром ответил Мирон. — Скрутить этого Ледовского, как только он появился у его дома и всё. Сделай он так сразу, сейчас бы не пришлось чесать репу, что дальше делать. И ни о каких переговорах с этим майором не шло бы и речи!
— Как у тебя всё просто, — усмехнулся Эдик. — А где гарантия, что Андрей действительно бы смог справиться с Ледовским? Я даже примерно не представляю себе всех его возможностей. Судя по той информации, которую удалось собрать, его сегодняшняя личность далеко не первая, а значит он уже давно научился пользоваться всеми преимуществами своей звериной формы. Драка, конечно, получилась бы эпической, но вот результат, извини, непредсказуем.
— Значит, надо было просто не отсиживаться в очередной раз в стороне и помочь, — упрямо пробурчал Мирон. — В конце концов, просто меня бы предупредили, и я бы спокойно подстрелил этого придурка из арбалета. От серебра рецептов ещё не придумали.
— Ну не скажи, — возразил Эдик. — Тот же Андрей реагирует на него вполне спокойно. Ты же сам проводил эксперимент и связывал его серебряной нитью.
— Просто надо вогнать не одну стрелу, а две или три, — отпарировал Мирон. — В ногу, в руку, а будет дергаться, так сразу в сердце. Или тебе настолько принципиально с ним лично пообщаться?
— Да не в этом дело, — вздохнул Эдик. — Мы не знаем, сколько всего оборотней Ледовский сумел собрать в части. Ты можешь сказать, что будет, когда они поймут, что их командира убили? Ну или не командира, а вообще Бога или Избранного? Представь себе хотя бы двадцать оборотней, которые бродят по Подмосковью и режут всех без исключения!
Мирон выругался. Судя по всему, подобный сценарий событий не приходил ему в голову.
— У меня нет возможностей блокировать эту воинскую часть, — продолжал тем временем говорить Эдик. — Я пытался собрать информацию всеми возможными способами, но не помог даже Эксплорик. Все линии связи защищены от внешнего проникновения, а проверяющие увидели лишь ту картину, которую им рисовали. На территории находятся дома для гражданских и там живет не меньше пятисот человек. Человек, Мирон, а не зверей, которых совсем не жалко уничтожить. Кроме того, и среди военнослужащих части вполне хватает обычных людей, а не оборотней.
— И что? Никто ничего не рассказывает? — глухим голосом поинтересовался Мирон. — Всех всё устраивает, и никто ничего не может сделать?
— Местные боятся Ледовского, как огня, — ответил Эдик. — Это видно невооруженным взглядом, но к делу пришить достаточно сложно. Министерство обороны вообще не понимает, с чего вдруг у меня возникли какие-то вопросы к этой части. Все задачи выполняются в срок, причём некоторые из них имеют государственную важность. Ну вот и как ты предлагаешь мне действовать? Блокировать часть войсками, половину из которых вырежут как котят при первом же столкновении? Или может быть выступить по телевизору? Рассказать людям, что среди них живут оборотни с вампирами, а конфеты из буфета таскают не дети, а некоторые несознательные домовые?
Мирон молчал. Наверняка ему было что сказать, но он понимал, что все его аргументы сейчас выглядят недостаточно убедительно.
— Но сейчас то, что делать? — наконец пробурчал мой напарник. — Света похищена, и мы оказались в ситуации, когда любое неосторожное действие может обернуться её смертью.
