— Понимаю, — кивнул родитель и первым вышел из кареты, когда же помог спуститься с приступка мне, чувство нереальности происходящего многократно усилилось. Теплое пальто с капюшоном, подбитым белоснежным мехом, не давало замерзнуть, а на улице было солнечно и морозно, от чего пешеходная дорожка центральной улицы, казалось, была посыпана алмазной крошкой. Красотища неописуемая. Я не могла насмотреться, постоянно крутила головой по сторонам и нередко останавливалась, чтобы рассмотреть уникальную архитектуру домов, переулков, пересекаемых улиц. Потому не сразу услышала вопрос, который мне задал родитель, ступая рядом.
— Давно ты знаешь о чувствах повелителя?
— Год с небольшим, — не стала скрывать я. — Но близки мы стали недавно.
Поморщился. Знаю, не такого ответа ждал.
— Я люблю его. Больше жизни люблю и никому не позволю встать между нами. Инар и так слишком долго это делал, — предупредила я, лишив тем самым родителя шанса на новые расспросы. Ага, так я и думала. Но у него было иное мнение, да и упрямства не занимать.
— Ты — полукровка, Клементина, а он дэйв и не просто дэйв — повелитель.
— И что? Ты был королем, когда встретил свою жену… — почему-то матерью ее назвать я не могла… — И ты думал тогда, что она всего лишь девушка без семьи, приданного и связей? Тебя ведь это не интересовало. А ее не интересовала твоя корона. Правда, ведь?
Не знаю, почему я так открыто и без стеснения называла его на «ты», но я это делала и никакого дискомфорта при этом не испытывала, впрочем, как и он.
— Она не знала, что я король, — огорошил меня своим ответом родитель, но и заинтересовал. Я думала, скажет что-то еще, чтобы утолить мое разыгравшееся любопытство, но нет, он заговорил совсем о другом. — Я совсем не помню, каким Эссир был до войны. Видел несколько старых рисунков, но это не то. Дедушка Кассандры — Ричард Колвейн, пытался поначалу сохранить все, как было, нередко «воевал» с Кровавой королевой, отстаивая вверенный ему еще моим отцом город, и был единственным, кто не боялся противостоять ей в открытую. За это она его и ценила, потому и не убила, как других. Видишь то здание, рядом с площадью?
Король указал на вытянутый большой дом из серого камня с конусообразной крышей, огромными резными дверями и широкими ступенями из цельного, обработанного куска розового камня, ведущими к дверям.
— Это храм Пресветлой богини. Единственное, что Кровавая королева не посмела тронуть.
— Она верила в Пресветлую богиню? И творила такие ужасные вещи?
— Верила и ненавидела свою веру. Она считала, что Великая богиня предала ее.
— Почему?
— Это довольно длинная и печальная история.
— Думаю, я созрела для того, чтобы ее узнать. Узнать все.
Король кивнул, признавая мою правоту, но сразу рассказывать не стал и, взяв под руку, потянул меня куда-то в противоположную от храма сторону.
— Кстати, в этом храме я венчался… со всеми своими женами, за исключением твоей матери, — огорошил новым откровением меня он.
— А сколько их у вас было? — вытаращилась на него я, невольно снова перейдя на «вы».
— Четыре, но любил я только одну.
Что? Четыре жены? Серьезно? Нет, а чему я удивляюсь? Родитель у меня о-го-го какой: сильный, умный, загадочный, да еще наделенный безграничной в Арвитане властью. Он, как Инар, только старше. А в моего Инара тайно или явно влюблены чуть ли не все илларские красавицы, да и не красавицы тоже, правда, только издалека. Когда он появляется рядом, они почему-то пугаются, а уж когда оказывает юным эрисам знаки внимания на балах, те и вовсе бледнеют, сереют и чуть ли в обмороки не падают. Это его сила повелителя так на них влияет. У короля тоже свой отталкивающий фактор имеется — он невероятно, просто непробиваемо упрям.
И в этом я убедилась, когда мы оказались у знаменитой арвитанской ремесленной Академии — большом особняке, немного напоминающем замок. Может, потому, что там, как и в нашей Школе тоже своя башня имелась, только не длинная и узкая, а широкая и круглая, со множеством окон и стеклянной крышей.
— Ремесленная Академия была открыта самой первой после войны, — начал рассказывать родитель, когда мы вошли на территорию особняка и оказались в настоящем волшебном парке зимних скульптур.
Это было просто удивительно и нереально. Мы шли по расчищенной от снега дорожке, а я, не переставая, крутила головой, порой надолго останавливаясь, чтобы в подробностях рассмотреть очередную ледяную скульптуру. Там можно было встретить ледяных магов, различные расы, населяющие Западный мир, легендарных героев прошлого, а также многочисленную флору и фауну, например, котов харашши во всей их первозданной красе, драконов или тех же кагуаров, которых я так не люблю. Иногда нам попадались совершенно невообразимые фигуры, вроде стеклянного моста, выполненного с такой точностью, что я бы запросто могла подумать, что это какой-то ледяной маг так развлекся и заморозил самый обычный мост.
