- Да, дела, - протянула девушка задумчиво, и в этот момент едва не поскользнулась, наступив на сырой корень. Я было бросилась ей помогать, но все обошлось. - Видения мне многое говорят, но я и подумать не могла, что ты окажешься в такой ситуации. Не знаю, как тебе лучше поступить, тут я тебе не советчица. Это только твой выбор. Единственное, что могу сказать так это то, что ты уже на самом деле знаешь, что делать. Ты всегда знала, и будешь знать, что делать, так что не дай сомнениям обмануть себя. В конце концов, единственный человек в этом мире, которому ты можешь доверять полностью и безоговорочно - ты сама. Поэтому никогда не обманывай себя и никому другому не позволяй этого делать.
Речь Эльзы казалась мне какой-то размытой, но суть ее слов и мыслей, неведомо откуда взявшихся, я уловила.
- Я его ненавижу, - вдруг выдала я, встав на месте как вкопанная.
- Многие его ненавидят. И не просто так.
- Как бы ты поступила на моем месте?
- Ну, если бы вопрос касался меня, этот человек получил бы по заслугам. Я бы об этом позаботилась.
Я нахмурилась. В словах собеседницы я улавливала некоторые противоречия, едва заметные, но в последней фразе я явно ощутила что-то... напоминающее призыв. Я бы не задумывалась об этом, но эти слова нашли отклик в моей душе. Получить по заслугам. Он должен получить по заслугам.
С Эльзой я распрощалась на границе леса, из-за укрытия деревьев она выходит не желала, да и не нужно это было. Мысли мои уже прояснились, я знала, что делать, если на меня захотят вылить ведро 'наслаждений'. Я буду защищаться, даже если это будет стоить жизни.
К поместью барина я подходила с некоторой опаской. Вдруг не пустят? Вдруг он передумал и скажет, что уже поздно и Ридию с Асвагом ждет казнь? Вдруг все это - какой-то его хитрый план? Вдруг, вдруг, вдруг.
- Имя, - кажется, спросил стражник на входе. А, может быть, не спросил: по каменному лицу и безжизненной интонации голоса это понять было невозможно.
- Аделаида.
- Цель визита.
- Принесла деньги господину Айслану.
- Проходите.
- Спасибо, - опасливо кивнула я, проскальзывая внутрь дома из холодного камня. Наверное, стражников из этого же камня вытесал какой-то искусный мастер, жаль только, забыл душу в них вдохнуть. Внутри поместья было роскошно, мебель явно стоила дороже, чем зарабатывают все жители деревни вместе взятые. Теперь понятно, на что барин столько денег тратит и почему ему приходится повышать налоги. Вот уж точно 'крайняя необходимость'.
- Вы к господину Айслану? - вышла откуда-то из-за угла пожилая женщина в строгом черном платье с воротником под подбородок и смешным белым фартучком. Она неприятно причмокивала губами при разговоре и смотрела пронзительно, чуть свысока. Видимо, южанка - кожа у нее смуглая, сморщенная и покрытая какими-то старческими пятнами, такая, какой у старух-северянок никогда не бывает.
- К нему, чтоб его... Создатель баловал, да.
Оглядев меня с ног до головы и с голову до ног, старуха кивнула, что-то пробормотав себе под нос.
- Господин пока не может принять вас, вам придется немного подождать, - проговорила она скрипучим голосом. - Идите за мной.
Ладно. Хотя бы вежливо. Все в порядке. Все хорошо. Просто замечательно. Ну, исключая приступ нарастающей паники и то, что все просто невероятно плохо...
Женщина провела меня в небольшую гостиную, после чего оставила меня ждать своей участи. У меня, честно от страха кружилась голова, и немного подташнивало, а сердце, казалось, вообще намеревалось вырваться из груди. Нужно было как-то отвлечься, и я судорожно стала искать способ борьбы с собой. Временное избавление вскоре нашлось, хотя разглядывание окружающей обстановки не сильно помогало перестать придумывать и прокручивать в голове самые худшие варианты.
Но тут хотя бы было красиво, этого не отнять. Стены помещения были оклеены светло-бежевыми обоями с замысловатыми узорами, на фоне которых красовались картины с изображениями природы. Из предметов мебели присутствовал диван, явно очень дорогой, с мягкой обивкой и искусно сделанными резными ножками, небольшой деревянный столик и несколько кресел были выполнены в таком же стиле. На идеально гладком паркете лежали узорчатые ковры, а из распахнутых больших окон, видимо, выходивших на сад, приятно веяло уже вечерней прохладой. Здесь было много всяких мелочей, но от всех этих предметов роскоши у меня просто разбегались глаза. Как можно вести подобный образ жизни, покупая столько по сути ненужных вещей, когда для этого нужно обдирать до нитки других ни в чем не повинных людей, которые всю свою жизнь положили на труд и работу? Для чего? Чтобы кучка каких-то... Каких-то... Нет, я даже не находила слов, по крайней мере, приличных. Чтобы они вот так вот жили, купаясь в деньгах, утопая в роскоши и праздности?
