— Это меняет все, — устало ответил старый маг. — Вам выдали магические путы, рассчитанные на полное подчинение жертвы. Такие используют для заключенных, которым надо показать их статус. За попытку сопротивления, за движение без приказа хозяина ошейник сразу начинает душить. И чем больше жертва дергается, тем сильнее сжимается ошейник. Иногда эту вещь используют для казни.
— ЧТО?!.. — на принца было страшно смотреть. Выпустив из рук шею мага, Эд опустился на край постели и схватил в охапку слабо шевелящегося Рэниари, все еще до конца не пришедшего в себя. Юноша даже не успел испугаться — слишком быстро все случилось. Да и сейчас еще не до конца соображал, наслаждаясь возможностью просто дышать.
— Именно поэтому рядом с пленниками всегда находятся посвященные… если не желают смерти жертвы, — пояснил Итарон, с сочувствием поглядывая на вялого пленника. — И именно так тренируют рабов на юге. Я не знал, что вы не объяснили коменданту …ммм… такие моменты… и с ошейника не была снята команда на удушение. Но теперь милорд в полном порядке.
— Спасибо… за разъяснение… — тихо просипел пришедший в себя Рэниари, с ненавистью глядя на принца. — Лучше бы меня задушило, чем стать игрушкой одного мерзавца.
— Вон! — Очень холодно приказал его высочество, не отрывая взгляда от потемневших аквамариновых глаз юноши. Магов вымело из камеры. А принц тут же жадно впился в рот Рэниари поцелуем, сильно прикусывая пухлые губы, вылизывая десна и пытаясь языком проникнуть за упрямо сжатые зубы. Он ждал укуса, возмущения, но не такого равнодушного ответа и брезгливости на красивом лице.
— Ну, что ты?.. Что?.. — зашептал наследник, оторвавшись от заалевших губ Рэни, сжимая в руках все еще подрагивающие плечи и упираясь лбом в его лоб. Руки Искры бессильно свисали вдоль его напряженного тела, фиксируемые браслетами, ноги были плотно прижаты к постели ножными кандалами. — Прости… Я не знал! Да я с ума едва не сошел, когда увидел тебя задыхающегося!
— Еще бы! — Разжал, наконец, губы Рэниари. — Такой приз… и вдруг сдохнет!
— Не говори так! — Отстранился от него принц, просительно заглядывая в аквамариновые глаза. — Я ведь говорил тебе, что люблю… что не отпущу тебя никогда!
— Кто же отпустит Искру, — цинично усмехнулся Рэни. — Ваше высочество, я уже сообщал вам свое мнение по этому вопросу. Самым моим большим желанием было и остается желание уехать от вас подальше и никогда больше вас не видеть. И прошу более не петь мне о своей неземной любви.
— Разве ты не желаешь стать моим супругом? — Недовольно спросил Эдмир: нет, не такой реакции от парня он ждал. Хотя прежде и были у них не слишком удачные встречи, но как-то Эд не рассчитывал на подобную холодность. — Я ведь тебе уже предлагал. Только в этот раз мое предложение включает немедленную свадьбу.
— Ооо, так вы уже отравили своего супруга? — Притворно изумился Рэниари, не делая попыток отодвинуться от принца — все равно не выйдет. — И как это я умудрился пропустить вашу свадьбу с Ваоттиро?! Неужели проспал целых пять лет? Именно такой срок, кажется, вы определили для своей семейной жизни. А сколько Я тогда буду жить? Ах, да… Я ведь Искра! Значит, буду жить, пока вы меня не иссушите…
— Прекрати! — Озверел Эдмир, резко встряхивая своего безвольного пленника, да так, что у того клацнули зубы. Но принц тут же опомнился и нежно прижал юношу к груди. — Перестань! Не было никакого брака с Ваоттиро. И не будет. И проспал ты всего нечего — сейчас раннее утро. Совет был вчера… А мой отец через пару часов объявит моему прежнему жениху о разрыве помолвки.
— Ну, ты и!.. — от потрясения Рэниари не сразу нашелся, что сказать. Юношу переполняло омерзение пополам с ненавистью. — Ну, ты и мрааааазь! Не получилось захапать герцогство, так решил ограничиться Цитаделью с Искрой!.. А не пойти бы тебе!
— Куда, милый? — Ласково заглянул в глаза пленнику Эдмир, демонстрируя акулий оскал.
— То, что вы сделали с королем, ни один, даже самый лояльный к вам Совет не простит! — Холодно отрезал Рэниари. — Напасть на независимого графа!
— Выбирай, драгоценный мой, — промурлыкал разъяренный ответом Рэни принц. — Или ты остаешься здесь в качестве мятежника… Совету мы с отцом найдем, что сказать! Или становишься моим мужем!
— Да кто вам поверит, что Вориндо стали мятежниками! — Рассмеялся в лицо принцу Рэниари: его несла безумная волна отчаянной ярости, когда и море по колено. Все равно уже нечего терять! Из этой роскошной камеры его не выпустят.
О, нет!
Как он мог забыть!
Цитадель. И люди, что поклялись ему в верности.
Если они узнают, что его схватили, то поднимут мятеж. И тогда мало не покажется никому, и прежде всего его близким!
А значит, надо смирить свою гордость ради них.
— Решил мне перечить? — Принц внезапно повалил ошарашенного Рэни на смятую постель, придавив своим телом. — Стоит напомнить кое-кому, как он на меня реагирует!
