Не выдержав искушения, Эдмир накрыл дрогнувшей ладонью пах Рэни. Полупрозрачный шелк не был преградой для прикосновений, и принц со стоном выдохнул воздух сквозь сжатые зубы, ощутив под пальцами теплую, нежную выпуклость… доверчиво расслабленную. Сжав бока юноши руками, мужчина опустил лицо между его бедер, жадно вдыхая свежий запах Искры, смешанный с ароматом лесных трав — видимо его «жених» недавно принимал душистую ванну. Руки сами, без участия разума, потянули вниз невесомую ткань, обнажая золотистый ромб паховых волос. Губы прижались к тазовой косточке… целуя, осторожно прикусывая и тут же зализывая пострадавшее место.
Рэниари что-то забормотал во сне и попытался повернуться на бок, но магические путы не пустили, вернув пленника в прежнее положение. Но этого принцу хватило, чтобы опомниться.
Торопливо распрямившись, Эдмир сел на край постели и поправил юношу, устраивая поудобней. Магические браслеты и ошейник, выглядевшие безобидными туманными полосками, не позволяли жертве двигаться так, как ей хотелось, потому-то его высочеству пришлось самому перекладывать Рэни на бок. На него путы не реагировали.
Подумав, Эдмир решительно стянул с юноши штаны и по-хозяйски погладил его по гладкому бедру — надо будет приказать магам убрать паховые волосы у будущего супруга, оставив только тонкую дорожку золотистого пушка от пупка к основанию члена. Почему-то это казалось правильным. А еще приказать отрастить Рэни волосы… ну, хотя бы до пояса. А еще лучше до колен. У его мальчика должна быть самая красивая грива во всем королевстве! Он будет великолепен со сложной прической младшего. Стоит заказать у ювелиров побольше разных гребней, шпилек и заколок.
Чувствуя, что еще немного, и он просто-напросто сорвется и изнасилует спящего парня, принц с трудом отодвинулся от своего пленника и посмотрел на него. Он уже давно не задавал себе вопросов, отчего его так тянет к этому упрямому мальчишке. Почему только он нужен всесильному наследнику самого могущественного королевства континента. Какая теперь разница! Нужен, и все. Откуда-то принц твердо знал, что ни с кем во всем мире ему не будет так хорошо, как с Рэниари. И так больно…
Оставалось только проклинать себя за собственную глупость и… чего уж прятать голову в песок!.. за собственную трусость, подвигнувших его оттолкнуть юношу, озлобить и превратить в недоверчивого зверька.
Тяжело вздохнув, Эдмир осторожно взял в ладонь расслабленную кисть Рэни и в который раз поразился ее изяществу. Никто бы не спутал эту руку с женской: слишком сильное запястье при всей своей кажущейся хрупкости, слишком крупная рука по сравнению с девичьей. И все же… Нежная кожа, длинные, словно талантливым резчиком вырезанные пальцы с аккуратными ногтями. Красота и изысканность в одном флаконе. Принц специально все внимание направил на руку Рэниари, боясь сорваться, переведя взгляд на обнаженное тело за спиной. Но даже это едва не довело его до исступления.
Торопливо прижав к губам пальцы спящего, Эдмир выбежал из спальни, тяжелой дверью отрезая себя от искушения, раскинувшегося на кровати под сине-серебряным пологом. Задвинув тяжелый засов, принц лично провернул ключ в замке, не доверяя охране. И повернулся к гвардейцам.
— Пусть ко мне пригласят магов, — бросил отрывисто и направился в приготовленную для него комнату по соседству с камерой/спальней Рэниари.
…Ночь давно накрыла город плотным одеялом. Улицы вблизи королевского дворца были тихи и пустынны: кто бы из самоубийц осмелился побеспокоить высокородных, проживающих в немногочисленных особняках за высокими оградами…
Баррэт стоял у окна гостиной и бездумно смотрел в ночь.
Лотэ не вернулся. Хотя обещал не задерживаться у родителей. И его артефакт-переговорник тоже молчал. Последнему, впрочем, Барр не удивился. Прежде чем пропасть, супруг со смехом сообщил, что опрокинул на себя бокал с вином и отправляется в купальню. Мол, не беспокойся, дорогой супруг, снимаю с себя все. Наверняка, забыл нацепить побрякушку, когда переодевался.
Но почему его нет так долго?!..
Не выдержав, старший Ворональ вызвал прислугу и тихим голосом, стараясь не поднимать переполох в доме и не будить Рэниари, приказал готовить коней.
…Поместье Сауналей встретило его веселой суетой. Пылали факелы и магические лампы. Подвыпившие довольные гости барона шумно разъезжались по домам.
Коня Вороналя остановили при въезде.
— Кто вы и по какому вопросу? — Капитан охраны был предельно вежлив, навскидку оценив стоимость коней и внешний вид новых гостей.
— Я граф Ворональ, — отрывисто представился Баррэт: еще днем из Геральдической палаты прибыл посыльный с необходимыми бумагами, так что теперь воин имел все права на этот титул. — Проводите меня к лорду Хирото.
— Аааа… граф, — Барру показалось, или в интонации офицера мелькнули пренебрежительные нотки? — Не лучшее время для визитов. К тому же ваш супруг, милорд Лотэ, уже покинул поместье…
