— Ты что-то сказал о моей матери, придурок?.. — ласково вопросил Барр, пытаясь достать кулаком увернувшегося принца. Тот зашипел и из положения лежа тут же прыжком оказался на ногах, умело уйдя с линии атаки противника.
— Это и моя мать тоже! — Рявкнул раздосадованный наследник. Барр тут же остановился.
— А вот с этого места подробнее, — тихо проговорил он, не делая более попыток напасть на проклинающего себя за длинный язык Эдмира. Принц только плюнул.
— Пошли, поговорим спокойно, — буркнул он, выходя из разгромленной комнаты.
— Сначала скажи, что с Рэни? — Уперся рогом Баррэт. Эд оскалился.
— МОЙ муж в полном порядке! — Прорычал он. — Рэниари спал, когда я уходил. И будить его ради тебя я не собираюсь!
Следующей комнатой, куда Баррэта привел принц, оказалась вполне приличная гостиная, большая и уютная.
— Так что там с моей матерью? — Опасно сузив глаза, уточнил Барр, усаживаясь в кресло напротив мрачного как покойник Эдмира. Тот угрюмо зыркнул на него потемневшими глазами и потянулся к вину, звучно набулькав большую чашу едва не до краев.
— Себе сам нальешь, — все еще зло выдал принц и присосался к чаше, тут же скривившись от неприятной боли в разбитых губах. Барр без церемоний забрал себе весь кувшин, так как второй чаши не было, и тоже промочил глотку.
— Ааа… ладно! — Выдал, наконец, принц. — Все равно тебе надо рассказать… раз будешь при дворе вертеться. А то найдутся доброжелатели… Словом… что ты знаешь о своей матери?
— Ничего, — настороженно отозвался Барр, отодвигая от себя наполовину пустой кувшин. — В моей семье эта тема всегда была под запретом. Я ничего о ней не знаю.
— У нас с тобой одна мать, — скривился Эд словно от зубной боли. — Отцы разные.
И мрачно, опуская эмоции, пересказал Вороналю то, что узнал от короля.
— Интереееесно!.. — протянул Барр, машинально трогая болезненный желвак на скуле от удара «братца». — И как после этого я должен относиться к тем, из-за кого умерла моя мать… а мой племянник угодил под венец с беспринципным мерзавцем?
— Да из-за тебя она умерла! — В бешенстве заорал Эд, вскакивая на ноги. — Из-за тебя! И из-за твоего отца, что сделал ей ублюдка!..
Кулак разъяренного Баррэта тут же просвистел мимо головы чудом увернувшегося принца. Но это ему не сильно помогло — Ворональ кошкой прыгнул на Эдмира, и они оба вновь покатились по полу.
— Из-за тебя я потерял мать!.. — шипел его высочество, пытаясь впечатать голову сводного братца в пол, покрытый пестрым ковром. Граф тем временем взял его правый локоть на болевой излом. — Ублюдок!.. Если бы не ты, она бы до сих пор жила!..
В следующий миг принц оказался прижат лицом к полу, а над ним навис белый от бешенства Баррэт, выворачивая руки брыкающегося противника.
— Да это твой отец убил ЕЕ! — В полный голос заорал он в ухо невменяемому родственничку. — Или никогда не слышал, что насильно мил не будешь?! Нельзя заставить любить! Нельзя! О любви можно только просить… молить о ней! — Принц выворачивался, шипя сквозь зубы. Мышцы вздувались на его руках буграми, но Баррэт держал крепко.
— Не сссмей ЕЕ называть своей матерью!.. — рычал Эдмир, умудряясь наполовину вывернуться из-под Баррэта. Но дальше этого у него дело не пошло: Ворональ всем телом налег на принца, вдавив пальцы в болевые точки. Вот только не учел ярости его высочества: принцу уже море было по колено! — Ненавижу!!!..
— Она и МОЯ мать тоже! А если уж твой отец был так влюблен в нее, то никогда бы не заставил страдать! И не поставил перед выбором: или смерть или предательство любимого человека! Так что не говори мне о своей ненависти, брррратец! Ты ничем не лучше своего упертого папаши! Самовлюбленный, жестокий эгоист! Привык, что все тебе достается по первому требованию!.. Что все должны стелиться под ноги такому красивому тебе! Сколько судеб ты уже разрушил, наплевав на чувства других?!.. И е**** мне на то, что я сейчас совершаю коронное преступление! Ты!.. Да ты такой же, как твой отец! Как ты поступил с Рэни?! Мальчишка влюбился в тебя, а ты?!..
— Что я?!.. — заорал в ответ принц, все-таки выворачиваясь из захвата противника. Оттолкнувшись от Баррэта, наследник сумел-таки вскочить на ноги. Ворональ, шипя от боли в ушибленной ноге, уже стоял напротив него. — Да я же люблю его! Как вы оба не поймете?!
— Не п***** мне о своей любви! Ты «полюбил» его только, когда узнал, что он стал наследником Цитадели и Искрой! А до этого ты всего лишь хотел поразвлечься с красивым мальчишкой, сделав его своим любовником! Да ты на все был готов пойти… на любую подлость, только бы заполучить столь богатую добычу! Даже ошейник на него надел!
— Да снял я с него ошейник! Снял! Мне только и надо было, чтобы Рэни меня выслушал!..
— ПРЕКРАТИЛИ ОБА!
От неожиданности принц с графом выпустили друг друга и повернулись в сторону вошедшего в комнату Рэниари. Юноша с неодобрением оглядел весьма помятые фигуры, особо задержавшись взглядом на неузнаваемо опухших физиономиях, и выглянул в коридор.
