Сиорол даже вспомнить не мог, как давно этот ветхий домишка стал ему столь дорог. Дом, где его любят и ждут. И какая разница, что ветхое строеньице вот-вот развалится! Все равно скоро все закончится, и они с любимым уедут на юг в величественный родовой замок на берегу теплого моря.
Его милый, очаровательный, ершистый Галчонок. Его Мориэль. Его синеокое чудо. Жестокий, надменный, беспощадный к врагам лорд-изгнанник только сейчас начал понимать, насколько дорог ему этот угловатый мальчишка. Такой верный… такой любящий! Никому и никогда он не отдаст своего Галчонка. Мори только его и ничей больше! Главное сейчас дожить до того времени, когда все успокоиться, чтобы привести в мир их общих с Мориэлем детей. Боги, какие же у них красивые будут дети!
Радостно улыбаясь, Сиорол постоял еще немного на углу на удивление тихой улочки, разглядывая ряд притихших домишек, среди которых выделялся свежевыкрашенными ставнями дом его любимого мальчика. Ну, надо же! Как будто и не идет бой в паре кварталов отсюда.
Открыв, наконец, своим ключом дверь дома, лорд-изгнанник осторожно прошел в небольшую комнатку. Света из единственного окошка было достаточно, чтобы разглядеть внутреннюю обстановку. Все было как всегда чисто и на месте.
Сердце Сио неприятно екнуло — неужели Мори ушел к больному? В такое время?!
И где его сейчас искать?!
Развернувшегося было бежать мужчину остановил невнятный возглас в глубине дома, и раздавшийся вслед за этим грохот. Торопливо распахнув дверь во внутренние помещения домика, Сиорол с непередаваемым облегчением увидел поднимающегося с пола Галчонка, что потирал ушибленную пятую точку.
— Сио! — Синие глаза юноши просияли таким счастьем, что лорд-изгнанник едва не растекся лужицей от счастья. — Ты пришел! А я так волновался! Все соседи уже ушли, а я тебя ждал.
— Все хорошо! — Прошептал Сиорол, крепко обнимая своего возлюбленного. — Теперь все хорошо… Тебя никто не тронет.
— О чем ты говоришь? — Удивился Мориэль, прижимаясь к сильному телу мужчины. — Ты что, не знаешь, что в городе творится?! Надо уходить!
— Тебе не надо, — твердо сказал Сиорол, отстраняясь на миг и заглядывая в синие глаза своего счастья. — Тебя никто из мисиранцев не тронет.
И с облегчением зарылся носом в пушистую черную макушку, вдыхая теплый аромат летних трав. Именно таким настоем Галчонок и мыл свои волосы, придавая им пышность и сияющую шелковистость.
Запах дома и любимого человека…
— Сио, — Мориэль враз насторожился, напрягаясь в объятиях мужчины. Сиорол лишь еще крепче обнял его, наслаждаясь последними спокойными минутами их близости. Вот и пришла пора все рассказать мальчику. Примет ли он его после этого?
Сиорол боялся правды. Но и оттягивать признание было все более опасно. Насколько он успел узнать любимого, Мори слишком честен и благороден, чтобы простить предательство. А иначе, как предательством то, что он совершил, не назовешь, как ни отговаривайся правом на месть. Но он обязан рассказать правду. Между ними более не должно остаться недомолвок, иначе потом ложь ударит намного больнее… вплоть до полного разрыва.
— Любимый? — Мориэль смотрел встревожено. — Что?..
Но лорд-изгнанник молчал, неотрывно глядя в синие глаза юноши. И Мориэль занервничал, не зная, как объяснить тяжелое молчание.
— Сио, не пугая меня! — Ухватив мужчину за плечи, Мориэль заставил его наклониться к себе. Глаза цвета индиго с тревогой и болью смотрели на рыжеволосого красавца. — Скажи… Я тебе надоел? Ты… пришел попрощаться?..
— Мори, ты чего?! — От неожиданности Сиорол даже опешил. — Я же люблю тебя! Как ты мне можешь надоесть?! Откуда такие мысли?
— Прости! — Мориэль уткнулся лицом в камзол Сио, обнимая его. — Прости… Я ведь понимаю, какое счастье мне досталось. До сих пор не могу поверить, что такой красавец посмотрел на меня! И что ты во мне нашел?
— Мори, глупыш!.. — от облегчения Сиорол даже рассмеялся. — С чего такое самоунижение? Ты никогда раньше мне не говорил, что тебя тревожит.
— Просто в этот раз тебя не было так долго… — прошептал юноша, не отрывая лица от груди обнявшего его мужчины. — Думал… ты меня бросил… Я ведь не красивый.
— И кто тебе такую глупость сказал? — Невольно улыбнулся Сиорол, гладя любимого по спине. Нежность, что затопила в этот миг мужчину, согрела обоих. — Ты самый красивый на свете… Просто ты себя не видел моими глазами.
— Тогда почему ты так долго не приходил? — Оторвал от его груди голову Галчонок. И требовательный взгляд индиговых глаз заставил Сиорола невольно поежиться. — И почему меня никто не тронет?
…И Сиорол все рассказал.
— Я бы хотел, чтобы ты стал моим законным супругом. — Спустя почти час медленно произнес мужчина, не глядя на своего молчаливого слушателя.
Сиорол рассказал ВСЕ. Ничего не скрывая, не утаивая и не приукрашивая. Он никого не оправдывал и не оправдывался сам. Говорил только правду.
— Теперь ты знаешь все, — закончил он трудный рассказ. — Я бы хотел быть с тобой до конца жизни… дать тебе свое имя, которое у меня отняли.
