Обняла, чмокнула в губы и закрыла глаза, позволяя ему делать, что вздумается. Если днем, когда Пилар, знакомо улыбаясь и потирая подбородок, маячил рядом, она еще раздумывала о правильности своего выбора, то наедине с Дарсиром все ее сомнения рассеивались, как утренний туман в лучах жаркого солнца. Не нужно замахиваться на стража Тмара, устроит и страж Хлома.
В постели или за ее пределами, когда они гуляли по городу, варили зелья или копались в библиотеке в поисках нужного рецепта, Дарсир казался идеальным: спокойный, ласковый, предупредительный, в меру ироничный. Элла отлично понимала, что две недели общения не срок, но жизнь научила ее не загадывать далеко, и чародейка выжимала все возможные радости из того, что есть.
До следующего, даже неполного открытия врат оставалось еще несколько дней, и пока визита Суржа можно было не опасаться. Девушка-источник еще не вернулась в Хлом. Элла смирилась с тем, что не может ускорить события, и эти четырнадцать дней позволила себе немного побыть собой. Не вдовствующей Пра, не женщиной с меткой Повелителя неба, а незадачливой дочерью демона, что давно не имеет никаких связей с миром людей, но очень любит среди них находиться. Дарсир как нельзя кстати оказался рядом.
Элле дико нравились горячие утренние часы в компании мага. Еще не до конца пробудившись, она погружалась в томную негу единения тел, будто благословляя весь оставшийся день на нужные и приносящие радость дела. Сплетаясь с Даром в единую сеть, она на время забывала обо всем, что мучило ее и не давало спокойно жить. Он оказался чем-то вроде отвара для забытья: пара глотков, и жизнь снова кажется похожей на радугу. Яркую и полную надежд.
К завтраку спустились немного усталые, но почти счастливые. Дарсир держал Эллу за руку, шутил над знаками побежденных сущностей на ее теле и украдкой целовал ее макушку. Чародейка только ухмылялась и притворно ворчала: «Вот поживешь с мое и не такое увидишь». Пилар и не думал их дожидаться— все равно они вечно опаздывали – и вовсю уплетал омлет с беконом, закусывая ароматным багетом. Уселись, принялись за еду, время от времени то дуэтом подшучивая над Пиларом, то по-детски переглядываясь и легонько пиная друг друга под столом.
– Я, может, и серьезный, будто провел ночь с тварью из-за Темных гор, – ехидно отбивался Пилар, – но уж точно веду себя не как влюбленный подросток.
Победно уставился на брата. Стало заметно, что Пилару порядком поднадоели шпильки в его адрес, и он пошел ва-банк. Дарсиру отчего-то шутка не понравилась, он нахмурился и даже как-то неловко, стараясь сделать это незаметно, выпустил руку Эллы, которую нежно гладил почти все время, пока пили кофе. Чародейка только плечами пожала: вероятно, тема влюбленности была болезненна для Дара, только и всего.
Она как раз отхлебнула очередной глоток горячего кофе и потянулась за печеньем, когда в столовую, словно холодный ветер в плохо закрытое окно, ворвалась женщина. Молодая, красивая: ладная фигура, высокая грудь, светлые волосы, тяжело падающие на плечи, томный взгляд огромных нежно-голубых глаз, алые манящие губы и пикантная родинка над губой слева. Руки без знаков сущностей. Она кинула на Эллу полный презрения взгляд и, сузив глаза, наклонилась в сторону Дарсира.
– Добрый день, Дар. Страшно рада тебя видеть, – прошипела она.
Элла отхлебнула еще горячего кофе и приготовилась увидеть что-то любопытное. Втянула носом принесенный гостьей запах ландышей. Интересно, кто это? Обиженная покупательница приворотного зелья или, напротив, жертва чужого желания подчинить волю другого?
– Я тоже рад, что ты вернулась – улыбнулся Дарсир, давая возможность проявиться ямочкам на щеках.
Элла посмотрела на Пилара: тот сосредоточенно изучал содержимое кофейной чашки.
– Представишь меня своим гостям? – поинтересовалась вновь прибывшая.
– Конечно, – улыбка Дарсира стала еще шире. – С Пиларом ты знакома, а это Элла, – маг перешел на зловещий шепот, – чародейка детей Повелителя неба. – Поймал взгляд Эллы: – А эта невежливая особа – Мита, девушка-источник.
– Эта невежливая особа, – голос Миты приобрел визгливые нотки, – твоя невеста, которой очень не нравится, как ты ведешь себя в ее отсутствие.
Элла тяжело проглотила застывший в горле кофе. Просто восхитительные новости! К счастью, шестьдесят лет брака с правителем крупного княжества не прошли бесследно: чародейка сдержала эмоции. Ни один мускул не дрогнул на ее лице. Настойчиво захотелось потереть лицо ладонями, но Элла не позволила себе даже этого. Ей следовало догадаться, что с Митой не все чисто, не зря же Соту спрашивал у Дарсира о ней. «Да уж, – мысленно ухмыльнулась дочь Тэона, – годков тебе, легендарная Пра, ох как много, а ума не нажила».
Дар нахмурился и поднялся со стула. Посмотрел Мите в глаза.
