– Да, это счастье, что мы с тобой нашли друг друга! – с нежностью произнес Марселу и поцеловал Эдуарду. – А дети у нас какие хорошие!.. Меня только Анжела немного беспокоит. Посмотри! Сегодня она подарила мне свой рисунок и пояснила: «Это я, а это – мой братик». Я спросил, как его зовут – Марселинью или Жуанинью, но она, как всегда, твердит одно и то же: «Просто братик». Неужели ей одиноко среди старших детей?
– Нет, это просто фантазия, – не разделила его беспокойства Эдуарда. – Я же тебе уже не раз объясняла. Она смотрит на Алисию и думает, что у каждой девочки должен быть брат-близнец, с которым можно было бы вот так же носиться по дому, кувыркаться и распевать песни, как это делает наша бойкая и шустрая парочка. Жуанинью и Алисия действительно чаще всего играют друг с другом, у них общие пристрастия. А Анжела больше тянется к Марселинью, но он все-таки значительно старше, и ему с ней иногда бывает скучно. Вот она и мечтает о братике, который бы подходил ей по возрасту.
– Так значит, ей все же одиноко?
– Нет. Анжела играет вместе со всеми. Старшие не обижают ее. Просто она во всем хочет подражать Алисии.
– Но она твердит о братике с тех пор, как научилась говорить. Может, нам надо взять еще одного мальчика – трехлетнего, специально для Анжелы?
Эдуарда внимательно посмотрела на Марселу и, убедившись, что он не шутит, решительно возразила:
– Ты представляешь, что говоришь? Это ж не игрушку купить! Трехлетний ребенок – уже вполне сложившийся человечек. Нет, детей надо брать на воспитание грудными, чтоб можно было их формировать по своему усмотрению. Ты не вздумай пообещать Анжеле, что «купишь» ей братика! Она подрастет еще немного и забудет об этой детской фантазии.
– Наверное, ты права, – согласился Марселу. – Дети в таком возрасте – все равно, что обезьянки. Вспомни, как они все стали повторять вслед за Марселинью: мама Элена и папа Атилиу!
Он засмеялся, припомнив, как все четверо приветствуют Элену и Атилиу, когда те приезжают в гости, бросаются им навстречу с криком: «Мама Элена и папа Атилиу приехали!» А когда видят входящих Мег и Тражану, то так же хором орут: «Дедушка и бабушка приехали!» И те не возражают, считая своими внуками всех четверых.
Бранка, которую дети тоже зовут бабушкой, однажды даже пошутила по этому поводу с некоторой обидой:
– Надо же, как Элена все устроила! Она им, значит, мама, а мы с Мег – бабки!
Эдуарда тоже засмеялась, догадавшись, о чем подумал ее муж.
С некоторых пор они научились понимать друг друга настолько, что зачастую могли обходиться и без слов.
Несмотря на то что у Бранки было трое родных внуков и двое приемных, она видела их довольно редко и как бы не считала своими. Возле детей Марселу постоянно хлопотали то Элена и Атилиу, то Мег и Тражану. А сына Леонарду вообще опекали три деда – Атилиу, Нестор и Педру, две бабушки – Сирлея и Элена, и одна прабабушка – Ленор.
Как-то Бранке довелось присутствовать на общем семейном празднике, устроенном в честь ее же дня рождения, так она весь вечер страдала от ревности и зависти, поскольку Элена, Мег. и Сирлея только и говорили, что о внуках. А Бранка в этом оживленном разговоре не могла и слова вставить.
После того вечера она и потребовала от Милены:
– Я хочу иметь своего внука! Ты должна мне его родить!
– Бранка, откуда этот тон? – усмехнулась в ответ Милена. – Что-то я давненько его не слыхала. Неужели ты выздоровела?
– Грех шутить над болезнью матери! – обиделась Бранка. – Ты стала очень черствой, Милена.
– Да я всегда была такой. По крайней мере ты так утверждала. И зачем тебе внук от черствой дочери? Не понимаю!..
– Перестань кривляться! Я имела в виду, что ты вся поглощена своим бизнесом и не замечаешь, как вокруг тебя страдают близкие люди.
– Это ты, что ли, страдаешь?
– Ну хотя бы и я! Думаешь, легко чувствовать себя инвалидом? Ты с утра до вечера на работе, Нанду – тоже. А я тут сижу одна с Зилой… Да еще и передвигаться нормально не могу… Мне бы внучонка на старости лет!..
Бранка не удержалась от слез, и Милене ее стало жалко.
– Я смотрю, ты и вправду раскисла, – произнесла она сочувственно. – Давай я снова отвезу тебя в клинику. Подлечишься там…
– Да при чем тут клиника? Я хочу, чтобы в нашем доме был ребеночек! Может, мне уже недолго осталось жить на свете.
– Ну вот, опять ты завела ту же заунывную песню, – расстроилась Милена. – Зила, принеси своей сеньоре успокоительные капли!
– Не надо, я их только что выпила! – остановила Зилу Бранка.
– Значит, скоро успокоишься, – заключила Милена. – А с внуком тебе все же придется подождать. Ты ведь знаешь: я кручусь как белка в колесе не из большой любви к бизнесу, а по необходимости. Вот встанем на ноги…
– Я слышу это уже три года!
– Но все это время я работала! У меня не было ни одного свободного дня. В такой ситуации не может быть и речи о беременности, родах, пеленках и памперсах.
– Все перечислила, кроме ребенка, – с горечью заметила Бранка. – Леу и Марселу тоже работают не покладая рук, однако ж это не мешает им радоваться собственным детишкам.
