Тонкс в этот раз ушла очень быстро. Прощаясь, Гарри заметил у нее в глазах невыплаканные слезы, которые она всеми силами пыталась удержать. Но одна слезинка все-таки скатилась по щеке, и Нимфадора постаралась незаметно смахнуть ее.
Вечером, когда Ремус ушел спать, а они с Гермионой остались в гостиной, Гарри решил спросить у подруги:
- Герм, а ты не знаешь, что происходит с Тонкс в последнее время?
Гермиона пристально взглянула на Гарри.
- Только не говори мне, что ты ничего не понимаешь! – она чуть приподняла бровь в удивлении.
- Если бы понимал, не спрашивал бы, – обиженно буркнул он в ответ. Ему всегда было неприятно, когда Гермиона выставляла его бесчувственным чурбаном. Но желание узнать, что случилось с Нимфадорой, подстегнуло его на дальнейшие расспросы, – она сегодня уходила какая-то совершенно несчастная. Более того, даже плакала, вернее, пыталась сдержать слезы.
Гермиона только сокрушенно вздохнула.
- Я иногда поражаюсь на вас, мужчин! Какие же вы все-таки невнимательные и бесчувственные, когда дело касается личных отношений. Тонкс влюблена в Ремуса!
- Что?! – Гарри от удивления распахнул глаза. – Так она поэтому постоянно заходит к нам? Из-за Люпина?
- Ох, Гарри, как же порой с тобой сложно! – воскликнула Гермиона, поражаясь наивности друга, – вот ты в чем-то стал таким взрослым и самостоятельным, а в чем-то остаешься совершенным ребенком!
Гарри обиженно отвернулся. Но Гермиона, чуть склонившись в своем кресле, дотронулась до его руки.
- Не злись! Я понимаю, что тебе не до романтических отношений. Да и мне, наверное, ее проще понять, потому что я тоже женщина, да еще и с такими же проблемами, – Гермиона невесело хмыкнула.
- Только не говори, что ты тоже влюбилась в Ремуса? – Гарри удивленно воззрился на подругу.
- Нет, конечно, – печально засмеялась она, – уж в него я точно не влюблена.
Гарри захотелось хорошенько стукнуть себя по лбу и откусить свой длинный язык. Ведь он прекрасно понимал, по ком страдает подруга. Но сказанного не воротишь, и он решил отвлечь ее от невеселых мыслей.
- Я так понимаю, что Ремус тоже не догадывается о чувствах Тонкс? – спросил он.
- И опять ты не прав! – возразила Гермиона, откидываясь на спинку кресла. – Ремус знает о ее чувствах!
- Но… – Гарри не мог понять, – ведь он ведет себя с Нимфой так отстраненно и холодно. Раньше у них были более дружеские отношения. Я не понимаю… почему?
- Ох, Гарри, – тяжело вздохнув, Гермиона пристально посмотрела на него, словно пытаясь прочесть, какую реакцию вызовут ее дальнейшие откровения, – понимаешь, Ремус это делает специально. Подожди! – остановила она его, видя, что Гарри собирается возмутиться, – дослушай меня сначала!
Он откинулся на спинку дивана, скрестив на груди руки, показывая, что готов слушать.
- Так вот, – продолжала Гермиона, – возможно, действия Ремуса – это неосознанная защита. Он пытается оттолкнуть Тонкс, чтобы не вселять ложные надежды на взаимность. Ведь он не может ей дать того, что она хочет. Его сердце занято. Поэтому он и отталкивает ее своей отстраненностью и холодностью, чтобы Нимфадора не строила планов и иллюзий на возможное совместное будущее.
- Но ведь у Ремуса никого нет, насколько я знаю, – спросил недоумевающий Гарри, – почему же он не хочет дать Нимфе шанс?
- Об этом тяжело говорить, Гарри, особенно тебе, – после небольшой паузы сказала Гермиона. – Дело в том… Ремус все еще тоскует по Сириусу!
Она замолчала, давая Гарри время осмыслить сказанное.
- Я тоже по нему тоскую! – воскликнул он, вскочив с дивана. – Но это не повод устраняться из жизни!
- Сядь, Гарри, – попросила Гермиона. Он внимательно глянул на нее, но все же уступил просьбе и вернулся на диван. – Дело в том… Ох, как же это сложно! – она ухватила прядь волос и стала задумчиво накручивать их на палец. Наконец, глубоко вздохнув, она решилась: – Дело в том, что Ремус тоскует не так, как ты. Для тебя Сириус был всего лишь крестным. К тому же ты его практически не знал. За эти два года после побега вам так и не удалось действительно сблизиться и нормально пообщаться.
Гарри задумался. Воспоминания об издевательствах Мародеров над Снейпом всколыхнулись с новой силой.
- Это точно, что не знал, так не знал, – пробурчал он себе под нос.
- Что? – Гермиона отвлеклась от объяснений.
- Нет, нет, ничего, рассказывай, – попросил он, стараясь взять себя в руки.
- Так вот, Ремус… он был влюблен в Сириуса! – Гермиона резко замолчала, ожидая реакции Гарри.
- Что?! – единственное, что он смог выдавить из себя. Гарри во все глаза смотрел на подругу, сомневаясь в том, что правильно услышал и понял, настолько абсурдным и неестественным казалось ему это откровение.
- То, что слышал! – отчеканила Гермиона. – И я очень надеюсь, что мои слова не повлияют на твое отношение к Люпину!
- Но… но, Герм, – растерянно пробормотал Гарри, – как это возможно? Они же оба мужчины!
- Ты считаешь, что мужчины не могут любить? – прищурившись, спросила она.
- Ну почему, могут, конечно. Но… – Гарри не мог подобрать слов, чтобы выразить свое мнение по этому поводу, – не друг друга же!
