Нужно сказать что-то еще? Губы пересохли. Я облизала их и попыталась выровнять дыхание, чтобы не выдать радость от его быстрого ответа на звонок. Он ждал?
– Я в тебе не ошибся. Запись прекрасна. – Пока я не грохнулась в обморок от стыда, он резко сменил тему: – Сколько тебе лет?
– Вы спрашиваете мой возраст только сейчас? Девятнадцать.
Сиплый смешок он попытался замаскировать кашлем, а мои ноги покрылись мурашками. Я вскочила, закрыла дверь на ключ и забралась на кровать. Прикрыла глаза и представила, что Дерек рядом. Надеюсь, когда-нибудь он будет рядом. И я смогу называть его Дерек.
– Я не сделал ничего противозаконного, – игриво ответил он. – Нравится в Берроузе?
– Собираетесь сделать? – Я прослушала вопрос.
– Не терпится?
Я прикусила язык. Кровь во рту по привкусу похожа на отчаяние.
– Хорошо. – Дерек ухмыльнулся. – Все просто. Повтори то, что ты сделала в туалете. Здесь. Сейчас. Я буду слушать.
Ричардсон говорил медленно, с паузами, чтобы донести смысл слов. Но мне все равно захотелось переспросить.
– Не понимаю…
– А мне кажется, ты отлично понимаешь, о чем я. Ты думала обо мне в своей кровати? Разумеется, думала.
Подскочив, я сползла на пол и посмотрела на кровать как на злейшего врага, словно она хранила все мои пошлые фантазии и могла рассказать о них Ричардсону. Но по уверенному тону я поняла, что ему и не нужно читать мысли. Он прекрасно знал, что я хотела его, мечтала о нем.
– Нам же понравилось. Ты получила новые эмоции… Почему бы не повторить? – настаивал Дерек. В его голосе не было агрессии.
Он веселился. Проверял, как далеко я смогу зайти.
– Я не подопытный кролик! Я могу записать наш разговор.
Его смех стиснул мои легкие в медный обруч.
– У меня есть запись, где ты недвусмысленно стонешь мою фамилию. Не будем же мы шантажировать друг друга? Я не держусь за свое рабочее место так, как ты за Берроуз… Или я не прав?
Мне нечего ответить. Он видел меня насквозь.
Отчаянная стипендиатка.
– Вы поэтому выбрали меня? Потому что я не смогу отказаться?
Он поцокал языком, явно разочарованный.
– Астрид, скажу снова и в последний раз. Угрожать и шантажировать не в моем стиле. Ты в любой момент можешь все прекратить. Хочешь этого?
Молчание.
Поднявшись на ноги, я посмотрела в зеркало. Вот она я – в коротких шортиках и в майке, волосы убраны в высокий хвост, бледное лицо без макияжа, но щеки румяные. Линзы придают глазам блеск.
– Зачем вам это?
– Не волнуйся. Иначе не расслабишься.
– Как же профессиональная этика? Субординация?
– Столько умных слов. Мне вешать трубку?
– Ладно! – Я вцепилась в телефон. – Хорошо. Я… должна говорить, что я делаю? Как в… сексе по телефону? Вы импотент?
Дерек усмехнулся.
– Нет и нет. Доверься своему телу. Я буду слушателем. Просто останусь на линии.
– Раньше я никогда не делала ничего подобного…
– Это радует.
Он замолчал, побуждая к действиям.
Пальцы налились свинцом, я едва не выронила телефон. Дыхание стало прерывистым, а волны смущения окатили до того, как я начала что-то делать. Но сдаваться сразу и отступать я не собиралась. Черт возьми, унижение днем не будет просто так. Он останется на линии, а я узнаю, к чему все приведет.
– Ты можешь отказаться, если хочешь.
Единственное, чего мне хотелось, – чтобы он сейчас же оказался рядом и дотронулся до меня по-настоящему.
– Вы ненормальный, помешанный на сексе человек.
– А ты?
– Что – я?
– Если бы ты не была помешана на сексе, то рассказала бы о моем непристойном поведении декану, а мне бы влепила пощечину.
Он будто знал, кого выбрать.
– Мисс Дэвис, посмеялись и хватит, – вдруг жестко сказал Ричардсон. – Это не для вас, я понял. Не буду тратить ваше время, а также требовать возмещения убытков за салонную обивку. Сиденье высохло еще до того, как я сел в машину. – Он выдержал паузу, заставив меня вспомнить, что мы делали в моей спальне и почему сиденье в салоне стало мокрым. – Ваши работы я также буду оценивать справедливо и непредвзято. Прошу простить мое непристойное поведение.
– Вы ничего не сделали… – запротестовала я и легла на ковер.
В этом-то и проблема.
Одной рукой я стиснула телефон, другую положила на живот рядом с полоской шортиков. Меж бедер пульсировало тепло.
– Сколько раз мне надо выполнить это задание?
– Только сегодня. – Его голос звучал откуда-то из глубины.
– Вы флиртуете, профессор? Секс по телефону вместо кино?
Дерек рассмеялся. Я представила его улыбку, и руку как магнитом потянуло вниз, под шортики. Если я начну, он даже не заметит. Мне будет не так стыдно. Пусть говорит, смеется, остается на линии.
– Да, Астрид, наверное, так и есть. Видишь меня насквозь.
Похоже на издевку. Дерек Ричардсон соткан из контрастов.
От злости кончики ушей вспыхнули, и я выпалила:
– Когда вы наиграетесь в долбаные наказания, могу я, черт побери, рассчитывать на большее? На что-то настоящее? Или все закончится, так и не начавшись? Вот тогда я, мать вашу, обязательно пойду в деканат! Не только вы умете манипулировать людьми, понятно, черт возьми?!
Он долго молчал, и я до боли в переносице нахмурила брови.
– Дерьмо.
– Не умеешь контролировать речь, Астрид? Избегать… скверных слов.
