У меня и в мыслях не было отказаться. Диско-шар на потолке, поп-музыка из колонок, алкоголь в пластиковых стаканчиках, танцы, а также игры в «пиво-понг» и дартс – раньше я видела такое по телевизору. Выпускной в Луксоне быстро превратился в попойку, и мы с Пат сбежали к ней домой: есть чипсы и смотреть «Сумерки». Но тут, в университете, будет иначе!
От волнения руки тряслись. Я пригладила белую футболку (надела ее под платье, чтобы никого – в первую очередь меня – не смущал вырез), накрутила волосы в мелкие волны, сделала макияж и повесила на шею шнурок с жемчугом – подарок Патриции.
– Отпадный прикид! – воскликнула Моника, как обычно без приглашения заглянув в комнату. Моника предпочла золотое платье с открытой спиной, туфли на шпильках и массивные браслеты. Мой наряд уже не казался праздничным, но я отмахнулась от навязанных идеалов. – Ждем Тейлор и будем выдвигаться. Астрид, откуда у тебя столько классной одежды? – вдруг спросила Моника. – Мне нравится твой стиль, да! Но почему ты не носишь джинсы, которые мы купили в торговом центре? Они классно облегают твою задницу!
Я замешкалась. Не говорить же соседке, что сообщение профессора Ричардсона заставило меня убрать джинсы в дальний угол шкафа? С того СМС прошло несколько дней, иногда мы пересекались в коридорах, и я видела в серых глазах огонек одобрения, от которого и радовалась, и ненавидела себя. Профессор больше не писал мне, но я приняла его правила. Из тех часов, что мы провели наедине, я уловила одно: мы не закончили.
Размышления заняли пару секунд, я выпалила:
– В джинсах неприятно трутся друг о друга ляжки. А это платье, – я провела ладонью по подолу, – мы с подругой купили его в комиссионном магазине. Им управляет пожилая мисс Стоун. Она никогда не была замужем и считается изгоем в нашем городе, но ее одежда… больше чем вещи – сокровища. В сороковые годы мисс Стоун полюбила офицера, посетила с ним множество стран, но он погиб в авиакатастрофе. Мисс Стоун осталась верна ему всю жизнь.
– Звучит романтично, – вздохнула Моника.
Я кивнула.
– Несколько платьев достались мне от мамы. До болезни она шила одежду. – Воспоминания о родном человеке укололи в солнечное сплетение.
Тучу грусти рассеяла Тейлор. Улыбчивая блондинка в типичном розовом платье, что может быть милее и банальнее? Иногда мне казалось, она специально пародирует стереотипы о блондинках.
– Почему тусовки всегда проходят в мужской коммуне? – за спиной Тейлор показалась Джуди. Она поправила очки указательным пальцем, и я поняла, что нисколько не скучаю по тяжелой оправе. Носить линзы мне определенно нравилось. – Свиньи хотят затащить вас в свои койки? – недовольно добавила соседка, скрестив руки на пышной груди, спрятанной в коричневом свитере.
Моника демонстративно закатила глаза и поцокала к выходу.
– Потому что девушки из женской коммуны хитрее: им не хочется тратить все воскресенье на уборку, – ткнула она Джуди в грудь. – Умерь свою ненависть, это ненормально. А если попросишь вежливо, мы тебя накрасим и возьмем с собой.
От возмущения Джуди приоткрыла рот.
– Так и думала, – расхохоталась Моника и махнула: – Идем, первокурсницы! Сэм уже там.
Издали послышалась поп-музыка с агрессивными битами, и мы пошли на звук вдоль ухоженных улиц кампуса. Фонари освещали старинные здания из красного кирпича с широкими окнами и остроконечными крышами. Казалось кощунством смотреть на старинную архитектуру под песню Flo Rida[9], но моих соседок ничуть не смущал контраст. Они предвкушали вечеринку, а я бросала взгляды на темные окна кофейни. Был ли там сегодня Дерек Ричардсон? А где он сейчас? В своей квартире над книжным магазином? Катается по окрестностям вдоль реки? В гостях у Джона Голдмана? Или на свидании с какой-нибудь красоткой?.. Я споткнулась о брусчатку, едва не подвернула ногу и смачно выругалась.
– Астрид, ты уверена, что хочешь сегодня выпить? – подтрунивала надо мной Моника до самых ворот мужского братства.
Ее хохот отошел на задний план, когда я увидела величественный особняк. Он находился позади учебных корпусов, на опушке леса. Фасад здания был сложен из серой кирпичной кладки, а на вытянутых башнях красовались черные острые пики. Особняк сочетался с архитектурой кампуса, но выглядел слегка диким. Идеальное пристанище для графа Дракулы.
– Даже обидно, что тут живет горстка тупых футболистов, – прокомментировала Моника, точно попав в мои мысли.
Да, графу Дракуле особняк подошел бы. Или профессору Ричардсону.
Я помотала головой, отгоняя неуместные мысли. Пусть один вечер пройдет без моей одержимости, будто я обычная первокурсница!
– Когда-то тут жил Берроуз и его друзья, – пересказала Тейлор, наверное, прочитанное накануне, – отсюда и началась история университета.
– А в этой истории были кровавые подробности? – зачем-то спросила я.
Моника и Тейлор недоуменно переглянулись.
– Атмосфера располагает. – Я неловко пожала плечами.
Соседки рассмеялись.
– Идем! – Моника указала сумкой-клатчем в сторону открытых железных ворот. – Проверим, есть ли тут призраки!
