Искупление злодейки полностью

От гнили я избавилась, выкинув её в отхожее место. Посуду хорошенько помыла, всё переложила — накрыла крышкой репу с сухарями, прихватила в карман фляжку с водой и поспешила к подвалам. Пока я шла вдоль длинного коридора мимо окон — в каждом мелькало моё отражение.

Оно было темнее, чем моё лицо, а глаза казались чёрными провалами.

— Ц-ц-ц… Элиза… что ты опять творишь? — цокнуло отражение, исказив тёмный рот. Я видела это лишь краем зрения. И не собиралась отвечать.

— …

— Сама не поешь, а врага накормишь?

— …

— Он же всех здесь зарежет, как глупых цыплят.

— …

— Лучше добавь в еду крысиный яд. Тогда шанс, что всех спасёшь, будет куда выше. Подумай сама — ты убьёшь зло. Разве это не лучшее искупление?

— Перестань! — не выдержав, шикнула я на дурацкое отражение. — Каждый достоин второго шанса!

— Даже убийца? Даже насильник? А может, и крыса, которая разносит скверну, тоже достойна жить?

— Но я же совершила зло. А мне дали шанс. Так почему я должна отказывать в нём? Учение храма гласит, что любовь сердца всё лечит, даже злую душу…

— А ты уже разобралась, что такое любовь? — усмехается отражение. Знает же, как побольнее ткнуть!

— Разберусь! — бурчу я. — А пока я сделаю так, как правильно. А теперь замолчи! Иначе меня снова почитают странной!

Отражение засмеялось, но вскоре смех затих. А само оно растворилось. Хотя я знала — оно никуда не ушло. Наблюдает и ждёт, когда я оступлюсь на своём пути.

Спустившись на два пролёта вниз, я добралась до нижних этажей. У входа к темницам дежурили два статных молодых оборотня. Оба волки. Светловолосого я — был мне незнаком, но того, что с тёмными волосами я сразу узнала — это был Янтар.

Он ещё не выздоровел — под его свободной белой рубахой угадывались бинты, толстым слоем перетягивающие торс. У волков регенерация хорошая, но раз Янтару не сняли повязки — значит, ранение серьёзное. Ему бы в койке лежать, но вместо этого оборотень стоит здесь и беззаботно болтает со вторым стражником, то и дело громко смеясь, показывая белоснежные зубы.

Едва я спустилась с лестницы, он повёл носом, будто принюхивающийся зверь — и безошибочно повернул ко мне голову, сощурил золотистые глаза. А потом широко улыбнулся, показав удлинённые клыки.

Что-то заворочалось у меня в душе, царапнуло.

Это было впервые, что кто-то встречал меня улыбкой.

Я не знала, как реагировать.

— О! Ведьмочка! — рыкнул он. — А ты точно ведьмочка? Не призрак? А то возникаешь, словно из-под земли.

Что на это ответить?

Я только пожала плечами, и это почему-то вызвало у Янтара весёлую ухмылку.

— Лучше не говори с ней, — процедил второй. И добавил, рявкнув: — Ну-ка! Глаза опустила! Не смей на меня смотреть!

Я тут же сделала, как просят, уставилась на носки своих ботинок. На самом деле мне было спокойнее, когда на меня кричали, нежели когда мне улыбались — привычнее.

По теням на полу я поняла, что Янтар толкнул друга в плечо.

— Эй-эй, — сказал он, — Перегибаешь, Акрос.

— Это ты просто не знаешь всего, — неприязненно откликнулся тот. — Я тебе попозже расскажу, что эта мелкая дрянь сделала. И сейчас продолжает! Я сам видел, как она с зеркалом говорит. Чёрную ведьму только костёр исправит.

— Мне она ничего не сделала, — произнёс Янтар. — Так что я верю своим глазам. Ты Элиза, да? Тебя так зовут?

Я сдержанно кивнула.

— Скажи честно, ты собираешься меня проклясть?

— А? — я аж снова подняла глаза. — Нет…

— Хмм… Тогда приворожить?

— Фу, нет!

— Эй, а вот это было обидно!

— Извините…

— Ну, если что, знай, я не поддаюсь любовным чарам, — подмигнул он. — Ладно. Давай сюда тарелку, я отнесу пленнику.

— Приказано, чтобы я сама… — я чуть отступила, чтобы оборотень не выхватил еду. — И ещё надо там помыть полы, так что…

— Ну ты чего! Какие ещё полы… Я скажу, что ты помыла.

— Нет, врать нехорошо. И еда…

— Я сам отнесу. Глаза закрою да швырну в него тарелкой. Никакая зараза ко мне не прилипнет. Так что если за меня волнуешься, то…

— Я должна выполнить задание, — упрямо повторила я. — Прошу меня пропустить.

— Чокнутая, — с презрением пробормотал Акрос.

Янтар неодобрительно качнул головой.

Он лечился в храме не так давно, поэтому пока ещё не понял, кто я. И что я. Но скоро поймёт, станет относиться ко мне как все, и не преминёт плюнуть вслед. Так и должно быть…

— Чего встала, юродивая! Иди… — рыкнул второй.

Я ожидала, что сейчас он толкнёт меня, но когда этого не случилось, я осторожно вскинула взгляд. И поняла, что его загородил Янтар.

— Иди, — хмуро сказал он, кивая на проход. — Только еды ему не надо. Помой, что велено, и уходи.

Я не стала отвечать, только поскорее скользнула на тёмную лестницу.