Юрий по-своему любил мать: он привык относиться к ней как к части своего собственного тела, как к необходимому условию своего бытия. Он никогда не разговаривал с ней на серьезные темы: у неё было самое примитивное образование, книг и газет она вообще не читала, смотрела лишь телевизор, да и то только развлекательные программы. Они разговаривали лишь на бытовые темы, да и то односложно, без эмоций и обобщений. У неё был хороший голос и слух, но петь было некогда и некому. Тем более в моду вошли такие голоса, мелодии и формы исполнения, какие ей были непонятны и неприемлемы.
–Что-то Малов давно не появлялся, -сказал Юрий матери однажды за обедом. – Что с ним?
– В больнице, – ответила мать. – От алкоголизма лечится. Его предупредили: если не будет лечиться, уволят.
– Жаль. Хороший человек.
– Хороший. А у нас всегда так: если человек хороший, то обязательно несчастный.
– Ты так думаешь? Ну, а мои друзья – Белов и Миронов?
– Да какие они хорошие?! Так, прикидываются только хорошими.
–А Горев?
– А разве он счастливый?
– Меня уволили с работы. Комбинат перестраивается, и мне там нет места. А найти новую работу сейчас трудно. Как жить будем?
– Как-нибудь проживем. Живут же люди. Даже хуже нас. Мне тетка предлагает возить из Красноармейска овощи с её огорода и продавать на рынке у нас в Партграде. Она сама не может, ноги больные. Заработаю больше, чем твоя зарплата. Все равно с уборкой теперь плохо, конторы позакрывали.
– А не будет это тебе слишком тяжело?
– Нелегко, конечно. А что делать? Жить- то надо. Можно поискать работу в частных ресторанах. Ночные клубы открылись, там тоже наверняка уборщицы требуются.
– Там наверняка большие деньги платят за это, так что хозяева своих людей устраивают. Тебя не возьмут.
– Свои люди гоношат у строиться где полегче. А на тяжелую работу охотников всегда не так уж много.
– Я читал объявление: в детском саду воспитатели требуются.
– Какой я воспитатель? А сколько там платят? То-то и оно. За такие деньги у них теперь никто работать не будет.
– Я постараюсь найти работу. Может быть бухгалтером к какому-нибудь частнику устроюсь.
– Не торопись. Не вечно же это безобразие будет тянуться. Восстановят и твой комбинат. И все пойдет по-старому. Все равно у нас лучше, чем было, не будет.
– Это почему же?
– А кто его знает? Русские испокон веков так жили. И так жить будут всегда. Мы же русские, а не евреи, не грузины, не украинцы. И уж совсем не немцы и не французы. Каждому свое.
– Если навестишь Малова, передай привет. Скажи, я по нему соскучился.
Оставшись без работы, Юрий обнаружил, что он, несмотря ни на что, в школе, университете и на работе был воспитан как гражданин коммунистического общества. Когда он имел работу, был вынужден выполнять какие-то задания в качестве сотрудника государственного учреждения и регулярно проводить рабочее время в деловом коллективе, он не замечал того, что был воспитан как коллективист и как труженик. Потеряв работу, он лишился двух самых главных факторов своей жизни, а именно – коллектива и труда на благо общества. Какой бы ни был коллектив и как бы ни работали его члены, это был все-таки коллектив и это был все-таки труд как часть общего труда. Не идеологические помои и не лживая пропаганда делала людей коммунистами в смысле основ психики и поведения, а именно трудовая деятельность в качестве членов коллектива.
Чернов читал статьи и слушал речи проповедников рыночной экономики, т.е. фактически капиталистического пути развития страны, и никак не мог понять того, почему эти люди с такой легкостью отказывались от величайшего завоевания коммунизма, – от гарантированного труда в рамках государственных коллективов. Вот один автор пишет, что переход к рыночной экономике будет иметь неизбежным следствием безработицу в стране в целом -до 30 миллионов безработных. Автор уверяет, что безработные будут получать пособие по безработице. Сомнительно, что такое пособие будет и будет достаточным для жизни. Но пусть будет. Оно не устраняет главного – того, что миллионы людей потеряют коллективы и целесообразный труд на благо общества. Заставить бы самих проповедников такой жизни побыть без работы хотя бы с год! Интересно, что бы они тогда запели?
Покончил с собой Горев, выбросившись из окна. Эту страшную весть сообщил Чернову Солдат. Чернов несколько дней был в шоковом состоянии, не отдавая себе отчета в том, что он говорил и делал в эти дни. Он ранее даже не подозревал о том, какими прочными нитями его жизнь была связана с жизнью его собрата по несчастью. С Горевым из его существа ушло что-то настолько значительное, что он вдруг почувствовал себя совсем опустошенным. Как будто из него вынули некий духовный скелет, и он как духовное существо превратился в пустую оболочку, в бесформенную кучу тряпья.
