— Это тоже. Потом, — и он накрыл мои губы своими.
Понравилось эльфу целоваться… И мне понравилось. Очень. И никакая принцесса, кажется, его у меня не отнимет теперь.
Это было весьма странным… Всё, что произошло со мной в последнее время. От встречи с Милианой до принятых мною в итоге решений.
Я видел свою жизнь другой. И если бы кто-то ещё месяц назад сказал мне, что женюсь на простой девушке, к тому же бывшей наложнице брата, я бы впал в глубокую обиду. Прежде мне показалось бы это оскорбительным и даже унизительным.
С детства от меня требовали меньше, чем от старших. Мне не сесть на трон, не стать генералом. Моё появление на свет не было необходимостью для отца, ведь у него к тому времени уже было предостаточно сыновей. Но не было и результатом их любви с моей матерью. Я до сих пор не понимал, как родственница эльфийской королевы согласилась стать одной из наложниц его гарема. Но о том я никогда не говорил с ней. У нас не принято обсуждать подобное.
Как и полагается в эльфийской стране, моим воспитанием занимались не родители и не обычные служанки и няньки, а выписанные с родины матери. Так и вышло, что я впитал с младенчества уважение к культуре и традициям эльфов. Живя среди обычных людей, что для всех нас всегда казались недостойными, питающими свои низменные инстинкты и падкими на плотские наслаждения. Потому и считал себя лучше других обитателей дворца. Чище. Умнее. Выше.
Моя мать вела себя так же — высокомерно и презрительно, холодно и со мной, и со своим господином. Мне казалось это естественным — скрывать свои чувства за маской безразличия и чувства собственного превосходства — сначала подражать ей, потом уже делать это по привычке.
Когда братья смеялись над моим поведением, я просто их ненавидел. Мне казалось, что они недостойны даже называться моими братьями. Я мечтал не просто жениться на чистокровной эльфийке. Я хотел отправиться в страну эльфов, чтобы там жить среди себе подобных. Злился на мать, что она согласилась остаться в гареме отца, а не вернулась на родину вместе со мной. Да ещё много на что и на кого злился.
И уж когда отец решил женить меня сначала на бывшей невесте старшего брата, я был в ярости. Мне — эльфу, которого не касалась ни одна грязная женщина, брать в жёны чужую невесту⁈ Хотя в итоге она оказалась очень деятельной и даже забавной…*
Не скажу, что проникся к ней сильной симпатией, но перестал считать, что она хуже меня. И даже помог ей в итоге. Больше, конечно, в своих интересах, чтобы на ней не жениться. Но уже считал себя едва ли не героем.
Зато когда отец передал мне целый гарем, я растерялся. Посчитал это глупой шуткой. Неуместной. Злой. Ведь не могло такого быть, что отец и впрямь женит своего сына на легкомысленной девице из гарема? Других там не могло быть. Я никогда не думал, зачем девушки идут туда. Точнее, я был уверен, что за хорошей жизнью и богатствами, тёплым местом и бездельем. Пока не встретил Милли…
Она сломала весь мой тщательно выстроенный мир. Он обрушился мне на голову, погребя под завалами.
Сначала из-за того, как она запросто со мной общалась, даже узнав, кто я. Потом — что решила мне помогать избежать нежеланной женитьбы и приставаний наложниц. А те приставали! Ещё как. Я порой терял дар речи, настолько откровенными и пошлыми были их намёки и действия.
Кто-то будто случайно ронял длинный палантин, прикрывающий грудь в полупрозрачном белье. Кто-то в прямом смысле вешался мне на шею с поцелуями. Они облизывали губы, томно смотрели на меня, и всё это вызывало только отвращение.
Нет, раньше служанки и придворные дамы тоже пытались вызвать во мне интерес, но у них не было ни единого шанса. Я лишь злился, что они считают себя достойными меня. И никому не досталось даже намёка на мою заинтересованность.
Однако наблюдать за Милли почему-то оказалось приятным…
Её внешность была необычной для дворца — какой-то простоватой что ли. Поэтому она выделялась. Эти её торчащие в разные стороны пушистые волосы, которые сначала показались мне непричёсанными, а потом всё время хотелось их потрогать зачем-то… Её фигура тоже была… необычной. Девушки из богатых семей старались выглядеть утончённо, подчеркнуть тонкость талии и запястий. И хотя сама Милли была очень стройной, мне не давало покоя её… декольте.
Впервые я испытал совершенно неуместный, чисто мужской интерес именно к ней. Моё тело реагировало на её присутствие вполне однозначно. Это было ужасно!
Сначала я разозлился и даже испугался. С чего бы меня тянет к какой-то деревенщине? Необразованная, неухоженная толком, ещё и смеет общаться со мной неподобающе. Чему тут нравиться? Однако мой молодой, полный нерастраченных сил организм считал иначе. Особенно по ночам, мучая меня разными неподобающими видениями.
Я скрипел зубами, ругал себя мысленно, но это не помогало. Так и тянуло снова рассматривать её. Хотелось коснуться. Потрогать… В особенно выдающихся местах особенно и хотелось.
Я чертыхался, психовал, избегал её. Но ничего не помогало. Стоило увидеть снова — и опять.
