Они сели на ступеньке между кухней и гаражом. — Мне всегда казалось, что после его смерти она просто оставилавсе это позади. Ты понимаешь. — Клер сцепила руки, зажав их между колен. — Я осуждала то, как она отряхнулась и двинулась дальше. Логически я понимала, что у нее масса забот. Разваливающийся бизнес, страшный скандал с торговым центром. То, что все думали, что он выбросился и покончил жизнь самоубийством, хотя официально это сочли несчастным случаем. Она так замечательно со всем справилась. В глубине души я ненавидела ее за это.
Он обнял ее за плечи. — Ей также приходилось и о нас беспокоиться.
— Я знаю. Я это знаю. Просто было такое впечатление, что ее ничто не могло сбить с пути. Она ни разу не дрогнула, не потеряла самообладания, поэтому что-то во мне вообще заставляло сомневаться, а любила ли она его когда-нибудь. Потом я обнаружила все эти вещи, то, как она их тщательно сложила, сохранив все эти маленькие памятные предметы, так много для него значившие. И я поняла, думаю, что поняла, что именно она при этом чувствовала. Жаль, что она не позвала меня помочь ей.
— Ты была не в том состоянии, чтобы помогать. Для тебя все это обернулось намного тяжелее, Клер. Ты нашла его. Я же так и не видел… — Он на мгновение закрыл глази и прижал свою голову к ней. — И мама тоже не видела. Все мы потеряли его, но тебе единственной пришлось это увидеть. В первую неделю мама сидела около тебя каждую ночь.
Клер взглянула на него, затем уставилась себе под ноги. — Я этого не знала.
— Доктор Крэмптон дал тебе успокоительного, но ты продолжала кричать во сне. И плакать. — Блейр крепко схватил ее за руку. — Она всю ночь сидела у твоей постели. После этого все происходило так быстро. Похороны, затем эта всплывшая история со взятками.
— Жаль, что я ничего этого не поняла. Жаль, что не поняла.
Они помолчали немного, сидя бок о бок. — Расскажи мне о книгах.
— Я нашла их наверху. Ты знаешь, как отец читал все подряд. — Она заговорила слишком быстро и встала, желая немного успокоиться. — Его наваждением была религия. То, как его воспитали…
— Я знаю. Наваждения. Бунтарство. Власть, Праведный Бог.
— Ведь он буквально глотал подобную литературу. От Мартина Лютера до Будды и все то, что между ними. Думаю, он пытался определить что же было истинным. Если вообще, что-либо было истинным. Так что эти книги ничего не значат.
Он тоже поднялся и взял ее дрожащие руки в свои. — Ты рассказала Кэму?
— А зачем? — В ее голосе послышались панические нотки. — Это к нему не имеет никакого отношения.
— Чего ты боишься?
— Ничего. Я ничего не боюсь. Я вообще не понимаю, почему мы об этом говорим. Я как раз собиралась отнести эти книги обратно на чердак.
— Кэм разрабатывает версию, по которой смерть Биффа и нападение на Лайзу Макдональд могут быть связаны с неким культом.
— Это просто смешно. Но даже если здесь есть доля смысла, хотя и этого нет, то уж с отцом это никак не связано. Он умер более десяти лет тому назад.
— Клер, попробуй рассуждать логически. Это маленький город, где все друг друга знают. Если здесь практикуется какой-то культ, и ты находишь в чьем-то доме целую библиотеку о сатанизме, то какой вывод ты делаешь?
— Я не знаю. — Она отдернула руки. — Я не вижу здесь никакой связи.
— Мы оба знаем, что такая связь есть, — тихо сказал рн. — Отец умер, Клер. Он не нуждается в твоей защите.
— Он бы и не стал участвовать ни в чем подобном. Бог мой, Блейр, я тоже читаю книги. Но я ведь не стану заниматься принесением в жертву девственниц.
— Ты послала Кэма на ферму, потому что увидела в комнате Биффа одну книгу.
Она метнула на него быстрый взгляд. — Я вижу ты хорошо информирован о том, что здесь происходит.
— Я же сказал тебе, я помогаю ему в расследовании. Мой аргумент таков: ты сочла, что одной единственной книги было достаточно, чтобы оправдать розыски на ферме. И ты оказалась права. Знаешь, что он там обнаружил?
— Нет. — Она облизала пересохшие губы. — Я не спрашивала. Я не хочу этого знать.
— Он обнаружил улики, свидетельствующие о том, что Карли Джеймисон насильно держали там.
— О, Боже.
— Он также нашел и наркотики. А его мать рассказала ему, что сожгла черный плащ, черные свечи и несколько порнографических журналов с сатанистским уклоном. Безусловно, Бифф был вовлечен в какой-то культ. А для существования культа одного человека мало.
— Отец умер, — повторила она. — А при жизни он едва выносил Биффа Стоуки. Ты же не можешь искренне верить в то, что наш отец мог бы иметь хоть малейшее отношение к похищению молоденьких девушек.
— Я бы не поверил и в то, что он способен совершить что-либо противозаконное в деловых отношениях, но я ошибся. Нам нужно посмотреть правде в глаза, Клер. И справиться с ней.
— Не указывай мне, с чем я должна справляться. — Она отвернулась.
— Если ты не пойдешь к Кэму с этим, то пойду я. Она плотно зажмурила глаза. — Он был и твоим отцом.
