В летописях говорилось о рыбах размером с гору, но это смахивало не на историческую правду, а на похвальбу бывалого рыбака, очнувшегося после тяжёлого похмелья. Хотя доля правды в этих байках всё же была. По крайней мере, в краеведческом музее демонстрировались рыбные позвонки размером в детскую ладонь. Рыба с таким скелетом должна была быть длиной с хорошую лодку.
Так оно было или не так, теперь уже не разобрать. Даже краевед Кириллыч, гордившийся принадлежностью к старицкому купеческому сословию, сам иногда путался, где правда, а где миф в исторических хрониках Старицка.
Даже приход к власти большевиков принципиально не изменил бы старицкую жизнь, если бы не амбициозные планы первых пятилеток. Старицк пал жертвой грандиозного преобразования природы. Один из участков Волго — Балтийского канала должен был пройти именно по этой территории. Непосредственно с Волгой канал намеревались соединить гораздо ниже по течению, там, где Волга уже по–настоящему становилась полноводной. Однако зачем же добру пропадать? — рассудили советские инженеры.
В районе Старицка Волга, как уже говорилось, делала большой зигзаг. Вот этот–то зигзаг и было решено ликвидировать, спрямив русло и превратив его в часть канала. Тот факт, что Старицк при таком раскладе оказывался почти в трёх километрах от реки, никого не волновал. Мало ли городов вообще ушли под воду? И то — ничего.
Но со Старицком вышел особый казус. Русло Волги–то спрямили, а канал всё равно прошёл другим путём, гораздо южнее. Таким образом, Старицк ничего не приобрёл, а лишь потерял. Естественно, город начал хиреть, стареть и потихоньку вымирать.
Местные власти, объединившись с краеведами, писали в самые высшие инстанции с просьбой вернуть всё на круги своя, и даже представляли проект, по большому счёту не слишком–то и затратный. Старое, естественное русло прекрасно сохранилось и достаточно было самой маленькой строчки в российском бюджете, чтобы город получил свой шанс на спасение. Но строки этой в бюджете так никто и не пробил. Множество депутатов разных уровней лишь вписывали эту строку в свои предвыборные программы. Но песок, как в очередной раз выяснялось, плохая замена овсу. Обещания оставались только на листовках, а на заветный бюджет так и не повлияли.
Но однажды случилось чудо. Проездом в городе оказался Лёвка. В тот год он увлёкся русской провинцией и подыскивал какое–нибудь отдельно взятое место, из которого можно было бы создать туристический рай. Чтобы заводов в округе не было, чтобы река чистая, чтобы люди хорошие и чтобы церкви, а ещё лучше хоть какой завалящий монастырь имелся. СМИ тогда активно начали раскручивать тему возрождения малых городов. Так что всё совпало.
Именно в этот момент Старицку и повезло. Ибо в краеведческом музее, куда заглянул Лёвка, как раз в тот момент оказался краевед Кириллыч. Он–то и объяснил Льву Викторовичу суть проблемы. И Лёвка загорелся.
Удалось выбить кое–какие бюджетные средства и даже привлечь инвестиции. Главным инвестором, правда, оказался Гоша. Но даже он со временем поверил в то, что у Лёвки что–то получится. И не ошибся.
Уже к концу прошлой осени отчасти прямо под Лёвкиным руководством перегородили спрямлённое фальшивое русло и пустили Волгу в исконное, естественное. К весне всё и всерьёз вернулось на круги своя.
Город, осенённый монастырем, вновь стоял на берегу великой русской реки. Монастырь, церкви и прочие исторические памятники потихоньку приводили в божеский вид. Чуть ниже по течению строился новый гостиничный комплекс для отечественных и иностранных туристов. Восстановили причалы и отправили в плавание несколько катеров и даже один небольшой кораблик, которому присвоили громкое имя «Лев».
Но самое главное и самое удивительное — был наконец–то обнаружен неиссякаемый источник для дальнейшего возрождения города. Иначе бы никаких инвестиций не хватило.
На дне некогда спрямленного, а ныне осушённого рукава забил источник чистейшей глубинной воды. Тут же вспомнили, что в свое время водица эта считалась чуть ли не святой. Братия Николо — Успенского монастыря во главе с настоятелем отцом Варсонофием собственными силами возвела рядом с источником часовенку. А Лёвка запустил первую очередь завода по розливу «Царь–воды». Очень к месту пришлась и легенда о том, что из этого источника не раз утолял жажду Иван Грозный. Его портрет с выражением лица исключительно добродушным и даже человеколюбивым поместили на новые этикетки.
Презентовать широкой общественности проект под кодовым названием «Возрождение Старицка» решили именно сегодня, первого июня. Эту дату тоже выбрали не случайно. Во–первых, удобно праздновать День города в первый день лета. Во–вторых, нашли и соответствующую зацепку в исторических хрониках. 1 июня 1845 года Старицку был придан статус уездного города тогдашней Тверской губернии.
