Искусительная маленькая воровка полностью

Встречаюсь взглядом с темными глазами Кенекса, перевожу взгляд на его брата и слегка улыбаюсь – по-настоящему улыбаюсь, и оба парня кивают в знак признательности.

Может быть, пришло время разрушить стену, которую я позволила своему отцу воздвигнуть между нами. Потому что если Бастиан считает, что в них есть что-то заслуживающее доверия, – а он так считает, – то и я могу им доверять.

Может быть, я всегда это знала. Я бы не осталась с ними под одной крышей, если бы это было не так, верно?

Внезапно Кайло улыбается и, когда официант протягивает мне бокал фруктового шампанского, качает головой.

– Нет, ей сегодня нужно что-нибудь покрепче.

– Ага, – говорю я ему. – Продолжай в том же духе.

Это будет чертовски долгая ночь.

Бас

БОРДОВЫЙ ЦВЕТ. ДЛЯ МЕНЯ ОН ПОЧТИ КАК КРАСНЫЙ. ИМЕННО ТОТ, В КОТОРОМ ХОТЕЛ увидеть ее этот маленький ублюдок Хеншо, верно?

Он здесь, как я и предполагал, но он ни на шаг не приблизился к ней. Я поймал его краем глаза, и то, как его голова дернулась, а тело напряглось, было до ужаса смешно. Он спрятался в дальнем углу, вероятно, пытается придумать план, который незаметно перенесет его с того места, где он находится, туда, где находится она.

У меня есть намерение подпортить ему вечер, но не сейчас, когда она стоит чуть поодаль, такая симпатичная и злая. И несчастная. Она говорит, что это ее мир, но очевидно, что это последнее место, где она хотела бы быть.

Улыбка на ее лице фальшивая, но такая же на всех, кто здесь собрался. Они шутят и договариваются встретиться, чтобы обсудить дела, о которых не принято говорить вслух. Жены и любовницы стоят рядом и кажутся одинаковыми куклами в блестящем дерьме, которое стоит баснословных денег.

Роклин приходится играть отведенную ей роль. По ее словам, она наследница, которая вступит в права, когда уйдет ее отец. Но если это так, то почему он заставляет ее носить маску совершенства? Было бы правильным, если бы в ней видели гадюку с ядовитым укусом, а не принцессу с сияющей улыбкой.

Я не сомневаюсь, что на то есть причина. Такие люди, как ее отец, ничего не делают просто так.

Мое внимание привлекают гребаные белокурые волосы. Дамиано становится рядом со мной, засунув руки в карманы.

– Тебя не должно здесь быть.

– А тебе следует отвалить.

Он медленно качает головой.

– Ты ставишь ее в неловкое положение.

– А ты портишь мне настроение, когда говоришь о девушке, которая тебе не принадлежит.

Он смотрит на меня в упор, а я продолжаю смотреть в сторону бара.

– Она бы подошла к тебе, если б могла.

– Я знаю.

– Она держится подальше от тебя по уважительной причине.

– Я был в ее постели каждую ночь в течение прошлой недели, за исключением последних двух. – Приподняв бровь, смотрю на него. – Похоже на то, что она держит меня на расстоянии?

Если он и шокирован моими словами, он этого не показывает.

– Ты знаешь, что я имею в виду.

– Нет, – говорю я. – Я не знаю, потому что меня ничто не удержит. Я хожу, куда хочу, и, если она где-то, скорее всего, я недалеко.

– Значит, ты наблюдаешь… – он замолкает, но ему придется договорить.

– Разве ты ничем не занят в том городе, где живешь?

Ладно, он хочет походить вокруг да около. Понял.

– Нет.

Он ждет продолжения, но этого не происходит. Есть ли у меня проблемы, с которыми нужно разобраться? Да, и больше, чем обычно, с тех пор как Рэйвен Карвер появилась в городе и надрала задницу семейству Брейшо, но это моя работа. Я делаю все, что могу, потому что мне платят.

Моей сестры в городе нет, а если бы там была моя мать, я бы знал. У меня нет именного трастового фонда, так что мне приходится выбираться из грязи самостоятельно.

Вздохнув, Дамиано наконец говорит то, что действительно у него на уме.

– Ты знаешь, что Хеншо наблюдает за ней.

Я прижимаю язык к задней поверхности зубов, чтобы не сжимать челюсть.

– Да.

– Дело не в его предложении.

Моя голова поворачивается так быстро, что я, черт возьми, не могу это проконтролировать.

– Что ты сказал?

Брови Дамиано подпрыгивают, и он издает издевательский смешок.

– Дело не в его предложении, хотя он думает, что у него есть шанс на союз между ними.

Союз – сказал он.

– Разве может быть соглашение между людьми, которые никак не связаны друг с другом?

Дамиано смотрит на меня с минуту, а потом говорит таким тоном, как будто сам себя пытается успокоить:

– Ей это неинтересно.

Я не могу сдержать смех, и спина Роклин напрягается – кажется, она слышит его.

Да, детка, я все еще здесь.

Я не утруждаю себя ответом на его маленькое замечание. Я и так знаю, что ей это неинтересно, точно так же, как знаю, что некоторые вещи – не ее выбор, и готов поспорить, что кольцо, которое окажется у нее на пальце, попадает в ту же категорию.

Но при мне это не сработает.

– Зачем мужчине, у которого есть все, рассматривать возможность отдать свою дочь в семью, глава которой пополняет свое состояние тем что валяет дурака и делает иммигрантов рабами?

Я не единственный, кто знает о ее ужине на яхте. Жду, что он ответит.