В искусстве существует два способа отличиться. Первый – тщательное применение того, чего уже достигли другие, – в этом случае художник подражает их произведениям или отбирает и сочетает их красоты. Другой – когда он ищет совершенства в его первичном источнике и природе. В первом случае он формирует стиль, изучая картины, и производит либо подражательное, либо эклектичное искусство; во втором, пристально наблюдая за природой, он раскрывает качества, в ней существующие, которые ранее никогда не изображались, а потому создает действительно оригинальный стиль. Результаты одного способа, поскольку они повторяют то, к чему глаз уже привычен, быстро получают признание и оценку, тогда как продвижение художника по новому пути не может не быть медленным, ведь немногие способны судить о том, что отклоняется от привычного хода вещей, или имеют достаточную подготовку, чтобы оценить оригинальные исследования[50].
Таков контраст между инерцией привычки и воображением, то есть разумом, который ищет и приветствует то, что оказывается новым в восприятии, но постоянным в возможностях самой природы. Откровение в искусстве – это ускоренное расширение опыта. Говорят, что философия начинается с удивления и заканчивается пониманием. Искусство начинает с понятного, а заканчивает удивлением. В конечном счете человеческий вклад в искусство – это ускорение работы природы в человеке.
Любая психология, обособляющая человека от среды, отгораживает его также от его соплеменников, ограничивая все его связи внешними контактами. Однако желание индивида приобретает форму под влиянием человеческой среды. Материалы его мысли и веры приходят к нему от других людей, вместе с которыми он живет. Он был бы беднее дикого животного, если бы не традиции, становящиеся частью его ума, и если бы не институты, проникающие в глубь его действия, определяя его цели и наслаждения. Выражение опыта является публичным и коммуникативным, поскольку выражаемый опыт является тем, что он есть, в силу опыта живых и мертвых, что сформировали его. Коммуникация не обязательно должна входить в сознательные намерения художника, хотя он никогда не может избежать мысли о возможной аудитории. Однако функция и следствие этого намерения – осуществить коммуникацию, и не по случаю, но в силу самой природы, которую он делит с другими.
Самовыражение сметает преграды, отделяющие людей друг от друга. Поскольку искусство – это наиболее универсальная форма языка, ведь оно определяется, даже если не считать литературы, общими качествами публичного мира, оно же – наиболее универсальная и свободная форма коммуникации. Любой интенсивный опыт дружбы и любви достигает художественной полноты. Смысл причастности, порождаемой произведением искусства, может приобрести выраженное религиозное качество. Союз людей друг с другом – это источник ритуалов, с незапамятных времен и до наших дней увековечивающих критические моменты рождения, смерти и бракосочетания. Искусство – это расширение способности ритуалов и церемоний объединять людей со всеми событиями и сценами их жизни в их совместном прославлении. Эта служба искусства – его награда и печать. Общеизвестно, что искусство венчает человека с природой. Но также искусство заставляет людей осознать свой союз в своем совместном истоке и судьбе.