Услужливый дроид-секретарь, состоящий в родстве с Си-Три-Пи-О, проводил нас внутрь. «Квартирка» оказалась до боли похожей на апартаменты Амидалы, не раз виденные мной в фильме — разве что цвета и мебель были несколько другие. Остальная часть команды уже собралась, и при нашем появлении прервала беседу.
— Позвольте представить: адмирал Кернатаун Ринаун. А это — Жестяныч, мой… адъютант, — указал я на своих спутников.
— Рада с вами познакомится. Я — Лира Блиссекс, — молодая девушка чуть улыбнулась. — Я давно хотела с вами поговорить.
— Джасмилль Селанно, специалист по связям корпорации Куат.
Райт, как радушный хозяин, жестом предложил нам располагаться.
— Микоре. Полагаю, адмирал является экспертом в области Республиканского флота, тогда как дроид — флота КНС? Довольно умно… кстати, спасибо за отчеты по эксплуатации Прототипов. Они позволяют значительно продвинуться в создании новых образцов.
Я был не сном не духом, поэтому пришлось вежливо улыбаться. «Наверное, это в штабе намудрили… Хотя, вроде как в контракте на поставку СИД-ок был такой пункт».
— Итак, начнем? — поинтересовалась Селанно. — Руководство одобрило создание параллельного проекта, считая, что наличие конкуренции послужит дополнительным стимулом. Генерал… Как инициатор проекта, каким бы вы хотели видеть новый корабль? Думаю, вашим спутникам тоже будет что сказать?
Как-то давно я сделал пару записей, касаемо этого дела, и теперь, вытащив их из памяти, начал излагать.
— Для начала, стоит понять, что у нас уже есть, и что именно нам нужно. Для удобства, давайте откинем все, что произведено менее чем в сотне экземпляров, и все, что менее пятисот метров в длину.
— «Дредноут», — мгновенно среагировала Лира.
— Медлительный, хорошо бронированный корабль с приемлемой артиллерией. Идеален при обороне планет, но требует поддержки авиацией со стороны — собственное авиакрыло малочисленно. Довольно плотный щит, что нивелируется мертвыми зонами для артиллерии корабля, особенно с кормы, — дал краткую справку Ринаун.
— «Одобряющий».
— Тяжелый десантный корабль, полностью выполняющий свою функцию. В начале войны ограниченно использовался в линейных сражениях, однако в текущих реалиях это неприемлемо. Слабое бронирование и артиллерия.
— «Охотник».
— Ударный авианосец. Большое авиакрыло, довольно мощное вооружение, среднее бронирование. Фактически, единственный корабль, пригодный к линейному бою. Из недостатков — усложнение ротации авиакрыла в реалиях боя.
На этом счеты были подбиты, и я продолжил:
— Нам нужен… Именно боевой корабль… Если хотите, корабль первой линии, или линкор. Мощное вооружение, броня, щиты. Небольшое авиакрыло — от семидесяти двух до ста двадцати машин, десант… небольшой. Батальон с легкой техникой. Обязательно — наличие торпедных аппаратов для массированных залпов в первые секунды боя. Учитывая бой за Корусант, требуются и мощные корпускулярные щиты. И все это — в самые сжатые сроки.
— Что у вас по реактору, Райт?
— Все готово. Осталось определиться с размерами.
— Думаю, их понадобится два. Один — чуть меньшего диаметра.
— Но зачем? Не будет ли мощность избыточной? — Селанно была настроена скептически.
— Поверьте, избыточной мощности просто не бывает, — заверил ее Жестяныч.
— Одну минуту, сейчас я вам объясню… А лучше покажу.
Выбрав на панели нужные клавиши, вызвал простенький голографический редактор, с помощью которого схематично набросал изображение корабля.
— К-хм, — первым нашелся Ринаун. — Очертания корпуса кажутся мне знакомыми. Вот рубку я вовсе не узнаю. Такой массивной нет ни на одном из кораблей.
— Ну… за основу мной был взят линейный крейсер типа «Центурион», — сообщил я.
— Длина — тысяча двести метров? — поинтересовалась Лира.
— Да.
— И вы использовали орудийные башни от «Охотника»? Хотя их расположение несколько… странновато.
— За основу концепции вооружения я взял один из кораблей древности, — не объяснять же, что прототипом послужил ИЗР, слепленный вместе с линкорами моего мира, если быть точнее, детищем неугомонного Фишера, и разбавленное имеющимися наработками. — Это называется линейно-возвышенное расположение. Да, я знаю, что сейчас такого нет ни на одном из кораблей — но они позволят нам обеспечить подавляющую огневую мощь. Жестяныч, какой там «калибр» у орудий «Щедростей» и «Бунтарей?»
— Командование КНС не располагает качественными способами обработки кристаллов, а также некоторыми материалами, что обуславливает некоторую слабость орудий. Инженеры пытались компенсировать недостаток мощности увеличением размеров, однако главный калибр основных боевых кораблей слабее орудий «Охотника» на пятнадцать-двадцать процентов, причем размер их — в два раза больше. «Щедрость» имеет калибр турболазеров в сорок шесть сантиметров, тогда как «Охотник» — тридцать.
— Так вот, — продолжил я, — такое расположение орудий позволит вести огонь как вперед, так и на любой борт максимальным количеством артиллерии. Вперед может стрелять до шестнадцати башен, а на каждый борт — по четырнадцать башен. Плюс, прикрыты нижняя и задняя полусферы.
