— Я вот подумала — из тебя неплохая статуя вышла. Может, заказать себе копию? Установлю в уголке, — она явно издевается.
— Давно я тут торчу?
— Минут двадцать — я не засекала.
— Извини. Задумался, — я развел руками.
— Ты что, волнуешься насчет твоего разговора с падаванами? — дождавшись моего кивка, Арден фыркнула. — Вот болван. Ты все верно сказал. Может, чуточку сумбурно, но это всегда так бывает. И если думаешь, что они тебя не поняли… То ты просто недооцениваешь своих учениц. Они сообразительные…
«Твои слова, да… Силе б в уши».
♦ ♦ ♦
Взвесив на ладони упаковку с шоколадками, Асока посмотрела на свою сумку, куда уже были уложены ее вещи из «малого походного комплекта». Девочка вновь отправлялась на поверхность, в один из городов, откуда она вместе с эскадрильями бомбардировщиков будет помогать наземным частям. Это было далеко не в первый раз, так что тогрута уже знала, что ей потребуется, а что — нет. Кроме того, долго она там не задержится. Пять, может, семь дней…
Запихнув упаковку в сумку, она чуть помедлила… И отправила туда вторую. «Полеты в сложных условиях так выматывают». Не то чтобы она любила сладкое… Просто иногда охота пожевать чего-нибудь питательного и вкусного.
Тут в дверь тихонько постучали.
— Заходи, Бет, — бросила Асока. Как она угадала, кто за дверью? Очень просто, и даже Сила не нужна. Стук в дверь — одна из причуд учителя, и лишь некоторые ее подхватили — она сама, Бет да Грэйс. Остальные предпочитали пользоваться стандартными средствами оповещения.
Ее подруга незамедлительно воспользовалась приглашением, войдя в каюту.
— Собираешься? — спросила Эстерхази, кивая на сумку.
— Ага. Через два часа отлет. Забыла разве? На совещании ведь говорили.
— Нет, не забыла. Просто голова другим занята. Есть время поговорить?
— Э-э, — тогрута озадаченно посмотрела на нее. — А учитель тебе помочь не может?
— В том то все и дело… Это касается того нашего разговора. Я все думаю, думаю, и не знаю, что делать. Мне больше не с кем поговорить, кроме тебя, Асока.
«Блин, ведь два дня уже прошло. Но и правда, с кем ей еще-то это обсуждать?».
— Ну ладно. — Асока плюхнулась на койку и ладонью хлопнула по одеялу. — Садись. Шоколадку?
— Спасибо, — Таллисибет приняла батончик.
Минуту они шелестели обертками, после чего Бет спросила:
— Что ты думаешь о словах мастера? Он прав?
— Зная его, я не могу предположить, что он думает. Может, это всего лишь испытание…
— Испытание?
— Ну, вроде тех, которым подвергают падаванов, когда учителя считают, что те готовы стать рыцарями. Это похоже на испытание духа… Хотя учитель мог говорить обо всем всерьез.
— Если это испытание, то уж чересчур натуральное. Не думаю я, что учитель будет так шутить. Но, если он говорит серьезно — что нам делать? Ведь то, что он говорит… Это все странно и непривычно.
Асока потерла лоб.
— Я слышала от учителя, что рыцарь-джедай Квай Гон-Джинн…
— Учитель магистра Кеноби? Который погиб на Набу? — переспросила Бет.
— Да, именно он. Так вот, он тоже имел свои взгляды на Силу, считая ее Живой, из-за чего Совет смотрел на него… с неодобрением. Однако можно ли сказать, что он был плохим?
— Наверное, нет. Он же достойно воспитал своего ученика…
— А магистр Шаак Ти и вовсе со своими учениками улетала куда-то далеко. Вроде на родную планету, и возвращалась только тогда, когда они были готовы стать рыцарями.
— Это несколько иное, Асока. Ведь… Ну, понимаешь, учитель говорит, что нельзя зацикливаться на одной стороне Силы. Что джедаи — такие же отступники, как и ситхи. Это… страшно.
Асока вздохнула. Она и сама немного думала над этим, но, видимо, Таллисибет переживает больше, чем она.
— Я не знаю, Бет. Вся эта околофилософская фигня меня всегда утомляла. Я знаю одно: став ученицей… Микоре Викта, — Асока с трудом заставила себя произнести его имя, — Я очень много узнала и многому научилась. Мне нравится то, как он рассказывает обо всем, будь то политика или давние исторические события. Мне нравится то, как он относится ко мне, к тебе… Ко всем остальным. Как он ответственно относится к своему делу. Я даже в чем-то с ним согласна. Если ты можешь победить, используя тот или иной прием — будь то твое поле боя или сражение армий… Почему бы и нет? И, — тут Тано вдруг поняла, что упустила в этом разговоре. — Учитель ведь не заставляет тебя следовать тому, что он говорит. Выбор — за тобой.
— Но…
— Учителю все равно, чем мы станем, — подытожила тогрута.
— Все равно? То есть? — подруга ошарашенно на нее посмотрела.
— Ну, не все равно… Не знаю как сказать. Если ты или я выберем какой-то свой путь — учитель не обидится, не расстроится. Он не будет разочарован. Да даже если кто-то из нас падет на Темную сторону… Вряд ли он откажется от нас. Он примет нас любыми. И за это я его… даже не уважаю, но люблю. Не в том смысле, а в общем… Ну ты поняла, — Асока ощутила, как кровь приливает к щекам.
— Ты так думаешь?
— Да, я в этом уверена.
♦ ♦ ♦
