Такое разделение полномочий позволяет ИГИЛ претендовать на статус государства, напоминая обнесенные глухой стеной бюрократические службы и департаменты, свойственные любому правительству. Но это также защищает «Исламское государство» от проникновения извне и шпионажа — высший командный эшелон ИГИЛ помешан на безопасности, что, без сомнения, является наследием прошлого, доставшимся от баасистского режима. ИГИЛ проявляет больше гибкости при наборе новобранцев и предъявляет к ним не такие жесткие требования, как «Ан-Нусра», но тем не менее она создала сложный и многослойный аппарат внутренней безопасности, ограждающий основную руководящую вертикаль от контактов с рядовыми членами, и наоборот. «Наши враги умны и решительны, — сказал нам Абу Аднан. — Мы должны быть уверены в том, что государственный организм крепок, что он исцелится, как бы ни пытались его ослабить. Даже если нас разобьют на какой-то территории, можете быть уверены, мы все будем там присутствовать. Мы не должны раскрываться и подвергать себя опасности».
В отеле в Шанлыурфе Абу Аднан ничем не выдавал своей принадлежности к организации такфиристов с характерными для нее бородами и черными одеждами боевиков, которая занимала территории всего в нескольких километрах к югу от этого места. Он был гладко выбрит и одет в современный костюм и больше походил на Мухаммеда Атта[33], чем на Абу Бакра аль-Багдади. Тем не менее по ходу интервью он показывал нам фотографии в своем мобильном телефоне, где он запечатлен в компании главарей ИГИЛ в Ракке, северной Хасаке и Алеппо. Он сказал, что сотрудники службы безопасности в зависимости от чина должны обладать широким набором знаний и навыков в таких областях, как военная подготовка, политическая ориентация, коммуникация и подпольная деятельность. Также Абу Андан сообщил, что на сирийско-турецкой границе действует сеть контрабандистов, помогающая потенциальным боевикам переходить в Сирию, чтобы присоединиться к ИГИЛ. Они действуют в открытую, фактически на глазах турецких властей, так же как и сам Абу Аднан, внешний вид которого не вызвал бы ни у кого подозрений нигде на Западе.
«ИГИЛ продвигается с невероятной скоростью, — сказал Кристофер Хармер, аналитик Института по изучению войны, объясняя нам, как этой армии террора удается не просто мобилизовать силы, но внезапно появляться в тех местах, где до этого не наблюдалось никаких явных свидетельств ее присутствия. — У них есть внедренные тайные ячейки, которые сразу начинают убирать заранее намеченных людей. Мы наблюдали это в июне в Мосуле. Несомненно, они уже имели список тех, кого нужно было убить в течение первых 72 часов с момента захвата города».
Майсер Хусейн, врач из Саль аль-Габа, провинция Хама, объяснил, каким образом ИГИЛ удалось перехитрить там ССА. «У нас есть отряд в 580 бойцов из Саль аль-Габа и Монт-Шахшабу. Многие из них тайно принесли клятву верности ИГИЛ. Это тайная ячейка. Они готовы сражаться. Но не показывают этого открыто, поскольку присутствующая в регионе группировка ССА „Сукур аль-Габ“ превосходит их по численности. „Сукур аль-Габ“ насчитывает около 4000 бойцов, поэтому они не могут выступить против нее».
Хусейн пояснил, что группа, присягнувшая на верность ИГИЛ, ранее известная как «Аль-Фарук», теперь называется «Джабхат Шам». «Я сотрудничал с ними, когда они назывались „Аль-Фарук“. Позже они предложили мне вступить в их организацию и быть там врачом. Они сказали, что это потому, что я защищал их на людях и в Интернете, и потому, что я отрастил бороду и подстригаю усы… „Мы готовы и собираемся захватить весь регион“».
