В Эр-Рамади, как и повсюду в Ираке, местные власти работали одновременно и на официальный Багдад, и на АКИ, которая подкупала иракские спецслужбы и чиновников, используя для этого свой главный актив — доходы от контрабанды нефти. Эта контрабанда была ее основным занятием, помимо убийств. Баррели украденной сырой нефти регулярно доставлялись в Эр-Рамади с расположенного на севере страны нефтеперегонного завода в Байджи, а затем переправлялись для продажи на иракском черном рынке2. Так было и прежде — в соответствии с соглашением между племенами и режимом Саддама. Но оказалось, что с новыми хозяевами работать гораздо сложнее.
Началось с того, что местные жители выступили против насаждаемых ими средневековых законов, в особенности против присвоенного себе боевиками АКИ шариатского варианта права первой ночи: как и ИГИЛ сегодня, в 2006 г. джихадисты насиловали иракских женщин. Старейшины племен также негодовали по поводу похищений и убийств людей. Два шейха из племен Абу Аета и Албу Дийяб уже были убиты, а все остальные постоянно находились под прицелом как конкуренты процветающей военной экономики АКИ3.
Постепенно жители Эр-Рамади восставали против терроризма. Семьи жертв стали проводить ночные акции самосуда над боевиками. К ним присоединились жаждущие мести иракские полицейские и даже повстанцы из конкурирующих группировок, которые были по горло сыты такфиризмом. Так зародилось движение гражданского сопротивления «Тувар аль-Анбар», или «Повстанцы Аль-Анбара»4. Впоследствии оно стало известно как «Ас-Сахва» («Пробуждение») и в Эр-Рамади достигло таких успехов, что АКИ даже попыталась вступить с ним в переговоры.
Именно в Эр-Рамади, когда город повторно взяли американские и иракские силы, была реализована новая стратегия набора людей на службу в полицию — не в центре города, который, как показали события, произошедшие за два года до этого на стекольном заводе, представлял собой легкую мишень для атак боевиков, а в прилегающих сельских районах, где проживали племена5. Ставка на сельскую местность была сделана с расчетом на то, что и без того значительно возросшее сопротивление усилится до такой степени, что сможет стать официально санкционированным движением, а это, в свою очередь, будет содействовать укреплению взаимного доверия между американцами и племенами. Одним из главных союзников Коалиции среди племенных вождей был харизматичный Абдул Саттар-ар-Ришави. Американские военные дважды совершали рейды в его поселение, после того как он был обвинен в коммерческом сотрудничестве с боевиками. Но это не помешало ему из прагматических соображений пойти на временный союз с «врагом своего врага»6. «Люди, связанные с повстанцами, пригласили нас на чай», — так описал подобную ситуацию один американский лейтенант, рассказывая журналисту Джорджу Пакеру о подобном случае в Тал-Афаре в 2005 г., когда при полковнике Мак-мастере в этом приграничном городе произошли схожие изменения7. Ар-Ришави стал одним из самых значимых союзников Соединенных Штатов в Ираке.
Попытка АКИ противостоять его усилиям провалилась, потому что недовольство, охватившее племена, обрело мощную, почти повсеместную поддержку. Вместе со своим братом ар-Ришави сформировал Совет Аль-Анбара по чрезвычайным ситуациям, который заявил, что является представительным органом 17 аль-анбарских племен, готовых к сотрудничеству с силами Коалиции против АКИ. Совет быстро расширился и был переименован в Совет пробуждения Аль-Анбара8. В октябре 2006 г. ар-Ришави контролировал процесс набора 400 человек в иракскую полицию, а затем еще 500 человек в ноябре. Но он был достаточно дальновиден, чтобы понимать, что это не приведет к быстрым результатам: вновь набранных полицейских еще нужно было послать для обучения в Иорданию, и было ясно, что АКИ не преминет заполнить образовавшийся вакуум. Поэтому ар-Ришави убедил Нури аль-Малики одобрить создание временных военизированных батальонов для замены отсутствующих. Так возникли подразделения предотвращения чрезвычайных ситуаций, возглавляемые не коррумпированными или некомпетентными неофитами, а людьми из племен, прежде служившими в иракской армии и умевшими воевать. Накануне нового 2007 года эти подразделения насчитывали чуть более 2000 человек9.
