Абу Ахмед, в прошлом высокопоставленный член ИГИЛ, который знал аль-Багдади еще по «Букке», рассказал корреспонденту Guardian, что тюремная администрация поначалу приняла того за человека, способного снимать проблемы13. Степень доктора, полученная в Университете исламских наук, помогала ему мудро улаживать споры, возникавшие между заключенными джихади-стами. Поэтому американцы разрешили ему посещать разные лагерные блоки в «Букке», что он и делал якобы для улаживания конфликтов, но на самом деле вместо этого аль-Багдади использовал дарованную ему привилегию для того, чтобы вербовать себе бойцов. Со временем, как вспоминал Абу Ахмед, он сам стал создавать в тюрьме проблемы, используя «политику подчинения и разделения, чтобы добиться того, чего он хотел, а именно — положения. И это работало»14. Когда в конце 2004 г. аль-Багдади был выпущен на свободу, поскольку американцы сочли, что он не представляет опасности для сил Коалиции и государственных институтов Ирака, он, по словам Иссама, стал еще большим экстремистом15. В 2007 г. он вошел в Совет моджахедов Ирака, который был создан аль-Заркави, чтобы придать действиям своей группировки национальную окраску16. Однако стремление аль-Багдади к чистоте и строгости нравов, а также его непостоянство в создании союзов ясно показывали, что он не испытывает большого интереса к сотрудничеству с идеологически разнородным объединением повстанческих группировок, даже в том случае, если «Аль-Каида» будет там первой среди равных. Один из командиров АКИ из Фаллуджи рассказывал Иссаму, что аль-Багдади порвал почти со всеми группировками, в которые когда-либо вступал. «Он расстался с „Братьями-мусульманами“, а затем назвал их отступниками и агентами (прежнего посла США в Ираке Залмайя) Хализада. Он расстался и с „Джаиш аль-Муджахидин“ и участвовал в военных действиях против них, в частности в Аль-Кармахе (городе к северо-востоку от Фаллуджи). Аль-Багдади всегда был особенно последователен в отношении суннитских военизированных формирований, не входивших в его собственную организацию. Он говорил: „Борьба с ними приоритетнее, чем борьба с американцами“».
Эта убежденность в необходимости братоубийственной войны — фитны — между суннитами отличала аль-Багдади как лидера при экспансии ИГИЛ в Сирии и Ираке. Иссам также утверждает, что вопреки распространенному мнению, будто аль-Багдади пришел из ниоткуда, в действительности он был хорошо известен и иракцам, и американцам. «Его дядя, Исмаил аль-Бадри, — член Ассоциации иракских улемов (богословов), которую его племянник назвал организацией отступников. А невестка аль-Багдади замужем за лидером Иракской исламистской партии — рупора „Братьев-мусульман“ в Ираке. До выхода американцев из Ирака его постоянно арестовывали по причине родственных отношений с Абу Бакром».
К тому же, по словам аль-Хашими, решение об избрании аль-Багдади эмиром ИГИ было принято подавляющим большинством голосов: девятью из одиннадцати членов Совета шуры. Почему именно он? На то было три причины. Во-первых, он принадлежал к племени курайшитов, одному из наиболее уважаемых на Ближнем Востоке благодаря тому, что из него вышел пророк Мухаммед. (Как говорили, Абу Омар аль-Багдади также был выходцем из этого племени, неиссякаемого источника всех исламских халифов.) Во-вторых, аль-Багдади сам являлся членом Совета шуры ИГИ и потому был близок к Абу Омару. И наконец, в-третьих, он был избран благодаря своему возрасту как представитель более молодого поколения, чем остальные кандидаты на пост эмира. В нем увидели человека, способного вывести ИГИ из застоя после того, как американские войска покинули Ирак. Сегодня ИГИЛ чтит его как «посланца». «Если кто-то приходит к вам, когда вы находитесь под властью одного человека, с намерением разрушить вашу солидарность или подорвать ваше единство, убейте его!» — призвал журнал «Дабик», убеждая всех мусульман принести клятву верности аль-Багдади.
<p>ПРИЗРАК САДДАМА</p>Аль-Багдади возвестил об еще одной трансформации ИГИ, а точнее, о его обращении к более раннему периоду своей истории суннитского повстанческого движения. На верхних уровнях его властной структуры появилось очень много бывших баасистов, что не оставляло сомнений: «иракизация» этой структуры продолжается. Как говорил генерал Одиерно, выступая на брифинге в Пентагоне в июне 2010 г., почти все руководство ИГИ в течение очень короткого периода времени было уничтожено — 34 из 42 главарей боевиков были тем или иным способом выведены из строя. В результате структура утратила возможность координировать свои действия со штаб-квартирой «Аль-Каиды» в Пакистане. Вакуум, создавшийся на верхних этажах власти, привел к тому, что прежде, чем аз-Завахири и бен Ладен, действующие издалека, смогли назначить нового эмира, иракское крыло решило этот вопрос самостоятельно, выбрав Абу Бакра.
