Вторая победа была одержана после того, как иракские военные арестовали Манафа Абд ар-Рахима ар-Рави, эмира «Аль-Каиды» в Багдаде, известного его подчиненным как «диктатор». Прежде ар-Рави сотрудничал с баасистами и сирийскими спецслужбами при подготовке и совершении серии разрушительных взрывов бомб в Багдаде в 2009 г. Все они были направлены против правительства аль-Малики, а не военных США. Поначалу иракцы держали его арест в тайне. И только когда американцы захватили его брата-близнеца, они вынудили аль-Малики дать им возможность допросить «диктатора», который, как и ожидалось, выложил всю необходимую информацию о своей сети. Ар-Рави назвал двух курьеров, на след которых УВСН вышло в апреле 2010 г., когда те продвигались вдоль границы Салах эд-Дин и Аль-Анбара4.
В доме курьера, как оказалось, скрывался не кто иной, как Абу Айюб аль-Масри. Он прятался в потайном подвале, попасть в который можно было только через люк в полу, расположенный под кухонной раковиной. Его спутником был человек, в самом существовании которого многие сомневались: Абу Омар аль-Багдади.
«Их ликвидация продемонстрировала слабость ИГИЛ, — считает Лайт Алхури, эксперт по вопросам борьбы с терроризмом5. — Масри рассказывал мусульманам о том, какими осторожными они должны быть при проведении операций, как и до какой степени необходимо обезопасить пути передвижения, для того чтобы избежать ударов со стороны американцев. Власть, которой он обладал как глава АКИ, распространялась скорее на сферу пиара. Он выпустил документ для сторонников, (который) представлял собой пошаговое руководство, обучающее тому, как формировать имидж глобального джихада. Он хотел, чтобы его новобранцы учились взламывать веб-сайты и соединять научные достижения с исламской идеологией».
Но эта сфокусированность на аспектах такфиризма в стиле Дона Дрейпера[20] совпала с падением популярности и эффективности ИГИ из-за того, что его командиры приняли ряд крайне неудачных тактических решений. В результате 80 % командиров было убито. И ИГИ больше не было «лицом Ирака», каковым оно стало после назначения аль-Багдади эмиром, — это уже не работало. Да и сам аль-Багдади претендовал на что-то более значимое, чем номинальная роль
Аль-Бадари, взявший себе псевдоним Абу Бакр аль-Багдади, был назначен Советом шуры единственным преемником обоих убитых командиров. Казалось, он возник из ниоткуда. Все, что было о нем известно и в Ираке, и в кругах разведки Соединенных Штатов, выплыло на свет уже после того, как ИГИЛ с триумфом захватила власть над двумя странами, после чего СМИ начали выяснять, что это за новая зловещая фигура. В результате большая часть биографии второго аль-Багдади по-прежнему известна на уровне слухов или спекуляций, и некоторые из них распространяются конкурирующими джихадистскими пропагандистами и нацелены на то, чтобы вызвать скандал или поставить под сомнение легитимность халифа, представленного как фигура более влиятельная, чем Айман аз-Завахири. Но такое разделение на тех, кто за, и тех, кто против, произошло не сразу. «Никто и не думал, что он хочет конкурировать с „Аль-Каидой“, — говорит Алхури. — В своем секретном сообщении он не только поклялся в верности аз-Завахири, но еще и спросил, должен ли хранить это в тайне или стоит это обнародовать. Аз-Завахири ответил, что лучше сохранить все в тайне, дабы избежать осложнений и хоть как-то ослабить давление на ИГИ»6.
Аль-Багдади родился в 1971 г. недалеко от города Самарры. В юности он изучал ислам и получил и степень магистра, и степень доктора в Университете исламских наук в Адхамийе, районе Багдада. Как говорили, он жил в скромном доме, примыкавшем к местной мечети, в Тобчи, западном районе Багдада, населенном и шиитами, и суннитами7. Подобно большинству массовых убийц, оставшихся в памяти тех, кто знал их в ранней молодости, он, по воспоминаниям друзей и знакомых, был тихим скромным человеком, вовсе не походившим на опасного фанатика, в качестве которого он стал известен позже. («Соседи запомнили серийного убийцу как серийного убийцу» — такой заголовок, кажется, больше подходит для сатирического раздела журнала
