— Боже мой, я теперь понимаю… Вот почему мне все еще так плохо… И почему я боюсь близко подпускать к себе людей. Цыганка сказала: «Откажись от вины». Да! Мне нужно это сделать! Я в самом деле не виновата, что она была так жестока со мной! Ведь она всегда мне внушала, мол, «это ты была невыносимой и вывела меня из себя, а на самом деле я само терпение»… «Ты не убрала за собой лужи в ванной», «ты не вымыла посуду», «ты отвечала грубым тоном»… Мне вменялось в вину ежедневно так много всего! И даже если я наводила идеальную чистоту и старалась во всем, я неизменно оказывалась виноватой! Глеб! — Маша обняла его крепко, будто от этого зависело ее спасение от смерти. — Спасибо тебе. Мне больше не больно. И я откажусь от вины!
После очередной творческой недели пришла пятница, день пикника, который обещала Татьяна. Было уже 16 июня, но погода держалась прохладная. Однако для посиделок у костра она подходила как нельзя лучше.
Ближе к назначенному времени — к четырем — Алена прибежала в офис. Для удобства она надела джинсы и свободную рубашку. По дороге купила темно-бордовой крупной черешни, чтобы угостить коллег. Не удержавшись, попробовала прямо немытую, из пакета, сладким соком запачкала пальцы. Вкус черешни — ее личный стимулятор хорошего настроения.
В офисе уже полным ходом шла подготовка: заворачивали рыбу в фольгу, звенели бутылками, носили в машину всякую провизию, складные стулья и пледы. Пахло специями и рыбой.
— О! Вы все уже на старте! Я последняя пришла, — заметила Алена.
— С нами будет еще один человек, — ответила Татьяна.
— Кто он?
— Это мой давний друг.
Алена села за компьютер, чтобы быстро проверить почту и отправить срочные файлы. В этот момент раздался стук в дверь и вошел мужчина, по-видимому тот самый друг, о котором упомянула Татьяна. Поздоровавшись со всеми, он чмокнул Татьяну в щеку.
Он был среднего роста, весь его облик от одежды, прически и обуви до манеры держаться говорили о вкусе и стиле. Слегка утомленный, словно пресытившийся жизнью, как Евгений Онегин. Вьющиеся пепельно-русые волосы удачно подстрижены. Все это Алена заметила, только быстро взглянув на него. Большего она себе не позволила: мгновенный интерес к этому мужчине с ее стороны мог бы быть легко разоблачен, потому что она была плохой актрисой.
— Познакомьтесь, это Егор, — с улыбкой представила Татьяна. И назвала всех по именам.
Егор стоял и смотрел на Алену. И этим взглядом он словно физически прикасался к самому сокровенному внутри нее. Она отвернулась к компьютеру и уставилась на экран. Потому что ей нужно было время, чтобы унять свой пульс.
— Ну что, вы уже готовы? Говорили в четыре. Мы едем? Может, нужно что-то купить? Что вы пьете? — заполнил паузу Егор.
Мужчины принялись обсуждать напитки. Эта тема всегда оживляет любое мужское общество. Одни только разговоры уже вмиг повышают градус настроения.
— Я бы предпочла коньяк, — встряла в обсуждение Алена.
— О, у мадам есть вкус, — заметил Егор. И все замолчали.
Этот комплимент вызвал такую волну радости у Алены, будто ее только что короновали. Егор ей нравился. Очень сильно нравился. И теперь ей приходилось ежеминутно унимать сердцебиение, чтобы не выдать своей симпатии.
Все двинулись к дверям. Алена тоже встала и на какой-то миг оказалась прямо напротив Егора. Каждая доля секунды с этого мгновения стала иметь особое значение, огромную ценность и смысл. Они смотрели друг на друга, и с этого момента стало ясно, что между ними существует необъяснимое взаимное притяжение.
Она быстро вышла, борясь с собой и уговаривая держать себя в руках. «Я такая мнительная! Что-то уже себе вообразила. А человек просто взглянул на меня», — подумала Алена и тут же расслабилась. Собственный довод убедил ее.
Татьяна села за руль. Алена заняла заднее сиденье рядом с Виталиком. Сергей хотел было сесть справа от нее, но Егор сказал:
— Может быть, впереди лучше сядет кто-нибудь побольше меня?
Сергей, как всегда желая всем угодить, не возражал, хоть и не был существенно крупнее Егора. Пальцы у Алены вновь задрожали, когда Егор уселся рядом. Удовольствие от того, что они находятся в миллиметре друг от друга, накрыло ее неожиданно и властно. Обычная ее разговорчивость пропала. Он тоже молчал. Будто им надо было прочувствовать друг друга, не отвлекаясь на болтовню и суету.
Машина остановилась у реки. Несмотря на то что место было городское и довольно грязное, все же пахло рекой и травами, контраст между неделями беготни в пыльном городе и пикником у реки был ощутим.
