— Брось кипятиться, Серый, — ласково протянула она, — а то и в самом деле закипишь. Я заглядывала сейчас в окно и видела, что поросята распалили жаркий огонь в печи и уже вскипятили воду в котле для супа. Как бы тебе в него не угодить!
— А что же делать? — растерялся Волк, совсем присмирев. — Ведь я голоден!
— Не лучше ли тебе жениться? — кокетливо спрашивает Лиса. — И подобреешь, и домашних пирогов наешься. — Лиса жеманно похлопала длинными накладными ресницами.
— Отличная мысль! Как я сам не догадался? — удивился Волк и вдруг ни с того ни с сего, когда представление еще не было окончено, снял маску.
— Глеб… — прошептала пораженная Маша.
Вот почему что-то родное, знакомое виделось в фигуре и манерах Волка, вот почему он так плохо играл! И голос, хоть и наигранный, тщательно измененный, тоже казался знакомым.
«Это провал!» — в ужасе подумала Маша и опасливо огляделась. Но когда она столкнулась взглядом с Виктором Сергеевичем, который лукаво улыбался, а потом нашла глазами довольную Наташу, вспомнила, как Виктор Сергеевич настаивал на кандидатуре Волка, как Наташа меняла сценарий и говорила, что «сюрприза для вас не будет», Маша поняла, что все они были в сговоре и нарочно организовали появление Глеба на сцене! Ладони у Маши вспотели.
Глеб протянул руку за кулисы, в руках появился огромный букет разноцветных роз. С ним Глеб направился прямо к Маше.
— О боже, — снова прошептала себе под нос Маша, не понимая, как все это может происходить совершенно не по плану на ее первом, столь тщательно подготовленном детском празднике и как она сможет с этим смириться.
Глеб, с волчьим хвостом и в мохнатом жилете, с головой Волка под мышкой, как с рыцарским шлемом, встал на одно колено перед Машей. Наступила полная тишина. Пот стекал ручьями по лбу и вискам Глеба — видимо, в маске ему было очень жарко.
— Машенька. Я тебя очень люблю. Ты моя муза, и музыка, и радость, и грусть. Ты моя весна, и осень, и мое время на этой земле — без тебя оно обесценивается. Ты и мой ветер, и мой простор, и мой приют. Хочу быть с тобой до конца дней. Выходи за меня замуж, — закончил Глеб с мольбой в глазах, не зная, чего ждать от своей любимой в ответ.
Маша от накала волнения последних дней и от неожиданности не могла сдержать эмоций, и слезы покатились по ее щекам. Он был перед ней, такой родной, вспотевший, добрый, открытый, и такими трогательными выглядели его старания в маленьком ненастоящем театре и отсутствие актерского дарования, которое его не смутило. Да уж, сюрпризов никаких!
— Я тоже тебя люблю, — с трудом произнесла Маша.
— И?.. — поторопил он в нетерпении.
— …выйду за тебя замуж, естественно, — закончила она, понимая, что только этот конец сказки окажется счастливым и гармонично завершит праздник.
— Ура!!! — закричали люди, и большие, и маленькие, и зааплодировали, когда Глеб поцеловал Машу и надел ей на безымянный палец кольцо.
— Один-один, мы квиты, — с победной интонацией шепнул ей Глеб, и Маша вспомнила свой маскарад летом и розыгрыш, после которого у них с Глебом закрутился роман.
— Отомстил? — усмехнулась она. — По крайней мере, нам никогда не будет скучно.
Все актеры выбежали на сцену и начали танцевать под веселую мелодию из «Трех поросят», а Глеб снова надел маску Волка и присоединился к детям на сцене, выделывая до того смешные движения, нарочито размашистые и нелепые, что все покатились от хохота. Было очевидно, что он счастлив и счастье плещется из его души фонтаном, орошая все вокруг, благословляя пространство любовью. Ему хотелось разделить свое парящее состояние со всем миром.
Свадьбу назначили на конец октября.
Алена спешила в офис, готовая наверстывать работу. Свежая, с шоколадной кожей (в городе загар казался более темным, чем на морском берегу), в белом платье и с длинными сережками, в нескольких браслетах, с большим перстнем, Алена словно хотела все и сразу, много всего яркого, как лето, жизнерадостного, того, что поддержит ее и защитит от неудач.
Оставшись отдыхать еще на одну неделю, Алена сообщила об этом Татьяне по Вайберу, но не получила ответа, как и заданий для работы. Она решила выбросить все из головы и решать проблемы в городе.
Свежая, сияющая, излучающая солнце, Алена вошла в офис уже в восемь. Нужно было собраться с мыслями на месте и начать воплощать новые идеи — после отдыха и ярких впечатлений у нее появилось вдохновение, открылось второе дыхание. Напевая, она включила чайник и достала любимую чашку с совой. Хлопнула дверь. Виталик.
— Привет! Как вы тут? — Алена улыбнулась широко и счастливо, пребывая на волне морских впечатлений и любви.
— Ого! А ты неплохо выглядишь после болезни. — Виталик окинул ее всю плотоядным взглядом.
— У меня был еще реабилитационный отдых. Теперь готова к труду!
— Татьяна в бешенстве из-за того, что ты пропала.
— Ну, я не пропала, — снова улыбнулась Алена. — Просто передышка — и в бой.
