Однажды Арлан выполнил мою просьбу и не убил нага. Что если он сделает это вновь? Я рисковала. Я ходила по лезвию ножа, но ведь ничего не потеряю, если попробую. Разве что только честь. А кому она нужна? Она гораздо дешевле жизни Илара.
Я подскочила на ноги и начала метаться по комнате, а когда наткнулась взглядом на пустой листок, замерла. Я дам королю то, что он хочет!
Руки дрожали, когда выводила на бумаге текст новой песни. Строчки выливались из меня потоком. Я закончила очень быстро. Подошла к шкафу и выбрала самое откровенное платье глубокого синего цвета. Открытая спина, короткая длина и глубокое декольте. Обула туфли на высоком каблуке и подошла к зеркалу, чтобы привести волосы в порядок. Не получилось уложить их на бок, как делали это прислужники перед праздником. Небрежными волнами они спускались по плечам и груди до талии. Стерла с лица остатки слез и подкрасила глаза и губы. Взглянула на листок, но не стала брать его с собой. Этот текст навсегда врезался в мою память.
Меня продолжало трясти, пока я шла обратно. Ноги то и дело подкашивались, не выдерживая напряжения, созданного неудобной обувью. Ладони похолодели. Я почти не чувствовала их. Страх мерзкой удавкой обвился вокруг шеи, удушая. Я глотала воздух урывками, лишь бы не задохнуться. Поскорее бы выполнить задуманное и уйти! Хоть бы все получилось! Больше всего на свете я хотела, чтобы Илар жил!
Дверь в королевские покои казалась мне вратами в безысходность и черную бездну. Один шаг и я упаду так низко, как не падала никогда. Я это заслужила. Это я повела себя не правильно на том празднике и пренебрегла указаниями Илара. За ошибки надо платить.
Я набрала полную грудь воздуха, пытаясь унять дрожь, и без стука вошла в покои. Красивая и тихая музыка продолжала играть, а в нос ударил странный дымный запах с примесью цветов. Вокруг все как в тумане. Арлан так и сидел в своем кресле, будто и вовсе не вставал с него во время моего отсутствия. Он выпускал изо рта плотные клубы того самого дыма, что заполонил комнату. В руках держал длинную и тонкую палочку, на конце которой горел огонек. Никогда не видела ничего подобного и не понимала, зачем она нужна королю. Не стала долго заострять внимание на этой странности и под искренне удивленным взглядом Арлана, подошла к столу, но не присела. Не думала, что мое сердце может биться с такой невыносимой болью. Я склонилась в поклоне, а потом сказала:
— Ваше величество, я выполнила приказ. Песня готова.
— Не ожидал такого скорого визита, — улыбнулся он и обвел меня пристальным взглядом, оценивая внешность. Огонь в его глазах жадно сверкнул, и я сразу поняла, что с выбором платья не ошиблась. — Можешь присесть и…
— Я бы хотела сразу начать, — перебила его я. Чем раньше все это закончится, тем лучше.
— Что ж, я в нетерпении, Алира, — усмехнулся он и развернулся в сторону пьедестала.
Я старалась не выдавать волнения. Медленно, вымеряя каждый шаг, следя за осанкой, поднялась на выступ и посмотрела прямо в глаза короля. В горле тут же пересохло. Я сглотнула, стараясь стойко выдержать властный и одновременно насмешливый взгляд мужчины. Чувствовала, что наг забавляется ситуацией и получает от нее неподдельное удовольствие. Гнев поднимался изнутри и норовил выйти наружу, но я сдержала порыв злости, стиснув кулаки и закрыв глаза. Я доверилась музыке и ощущениям, которые она порождала. Все недавние события смешались, пробуждая боль от потери надежды на счастье. Я просто пела душой:
— Ты думаешь тщеславность не порок,
И даже пряности она милее.
Что не коснется тела рок,
А с высоты такой грехи чужих виднее.
Наверное, ты в чем-то прав.
Вовсе не жмет тебе корона.
На свете много повидав,
Ты больше всех достоин трона.
Создателя нельзя судить.
Он знает то, что недоступно нам.
Он не умеет лишь любить.
Но душу ведь не подчинить словам.
Забирай мое сердце!
Мертво оно давно.
Отдам с улыбкой на лице!
Ведь это так забавно.
Играть, ломать и подчинять.
И тело тоже забери.
Его так просто растоптать.
Пустую куклу сотвори.
Можешь хоть ее распять!
Душа там больше не живет.
Она скитается над гладью океана.
Над водами войны, там, где сирена нага рвет…
На последнем слове мой голос сорвался, а по щекам покатились слезы. Не смогла достойно выстоять на постаменте. Чувства пересилили разум. Я пыталась успокоиться, но истерика нарастала с новой силой, а музыка резко оборвалась, погружая в плотную тишину. Я будто в невесомость окунулась. В темноту отчаяния и боли, не в силах распахнуть глаза и посмотреть на того, для кого пела.
Когда услышала легкие приближающиеся шаги, упала на колени и посмотрела снизу вверх на короля, который стоял надо мной. Серьезный. Без капли издевки или усмешки в глазах и мимике. Он изучал меня, снова проникая взглядом вглубь души. Он ничего не говорил. Просто смотрел, не двигаясь, напоминая мертвую статую. Лишь огонь в змеиных глазах продолжал пылать ярче солнца. Мои слезы текли горячими дорожками по коже, и страх снова затянул удавку на шее.
