При этом в газетах об этом беспределе тогда еще не писали и по телевизору в новостях не показывали, однако из рассказов очевидцев я знал про эти опасные условия, но, несмотря на это, в 1993 году все-таки решился поехать в Германию за машиной. За несколько месяцев до этого в Алма-Ате после закрытия дачного сезона родители продали наш старый, часто ломавшийся «Москвич-2140» и передали деньги мне, чтобы купить в России лучшую и более новую модель. Про то, что я задумал покупать машину в Германии, я не говорил, так как мама всегда сильно переживала за меня. Поэтому я сообщил родным о поездке в Германию и покупке там автомобиля лишь тогда, когда пригнал уже свою новую машину в Питер. Но далась мне эта поездка нелегко.
В Германию в конце декабря я поехал один. Рискованно гнать машину одному водителю через Германию, Польшу, Белоруссию и часть России. Путь длинный – более 3200 километров. Да еще зимой, да еще человеку, не разбиравшемуся в технике и не умеющему своими руками починить машину при ее поломке. Но делать было нечего, так как я начал проедать деньги, вырученные за наш старый «Москвич» в Алма-Ате. Пахал при этом тогда на трех работах: преподавал в Академии и, кроме этого, работал сначала тренером, а потом заведующим отделом в Доме культуры и еще подрабатывал охранником. Но денег все равно не хватало. В моем будущем был тупик, я не видел выхода при таких доходах. Анализируя свои потуги на работе, я понимал, что нужно что-то в жизни менять, ибо другие знакомые, не умнее и работоспособнее меня, жили в материальном плане намного лучше. Помню даже свою мысль тех времен, когда, смотря на старые иномарки, не видел для себя перспективы их купить не только через пять, но даже и через десять лет! Вот такие были мысли у амбициозного и честолюбивого молодого человека. А так как я всю жизнь руководствовался девизом: «Если не знаешь, что делать, то делай шаг вперед», то я решил рискнуть и съездить в Европу за автомобилем, который помог бы мне в Питере заняться собственным бизнесом.
23 декабря 1993 года я сел в поезд и поехал в Берлин, где меня должен был встретить Иван Кунц. Поздно вечером на вокзале немецкой столицы меня встретил Иван, посадил на свой двухсотый «Мерседес» и прокатил ночью через всю Германию, которая в католическое Рождество была очень нарядной. Чуть позже, когда я обратно гнал свою машину, то заметил, что в частном секторе у немцев около каждого дома стояла елочка с белыми, желтыми или серыми огоньками в гирляндах, причем все лампочки на гирляндах были одноцветные. Очень красиво, стильно. А когда я въехал в Польшу, то там тоже почти у каждого дома стояла елочка с гирляндами, но они уже были не с одноцветными лампочками, как у немцев, а разноцветные, как у нас в России. Проезжая польские деревни, я подумал: «Братья-славяне, а у нас все-таки елочки краше, чем у немцев!».
Иван на следующий день после моего приезда к нему домой посадил меня в машину, и мы поехали из поселка в город. Сначала у меня была эйфория и несказанная радость от увиденного. Чистота на улицах города, его ухоженность, его отреставрированные старые дома сильно поразили. В Питере, культурной столице Советского Союза, тогда у старинных зданий были грязные фасады, обвалилась штукатурка, в колодцах-дворах лежал мусор, подъезды домов были холодные и запущенные, а улицы – серые от копоти, машинного масла, пыли и грязи. А в провинциальном немецком городке в то же самое время, как в раю, было светло и чисто. Поначалу я был в восторге, а потом мне стало очень грустно. А после того, как Иван сначала заехал по круговой эстакаде на верхушку гипермаркета, оставил там машину на стоянке и мы начали спускаться вниз на лифте, останавливаясь на каждом этаже, мне стало совсем тоскливо. Каждый этаж гипермаркета по своей площади был почти с футбольное поле, и на нем располагались только специализированные товары: этаж электроники, этаж парфюмерии, этаж спортивных товаров, этаж продуктов и т. д. Там я впервые узнал, что кефир, оказывается, может быть не одного вида – «кефир», а разных видов с разной жирностью да еще с клубникой, малиной или киви. После посещения этого супермаркета мне стало совсем печально на душе, хоть пускай себе пулю в лоб.
«Почему мы так живем – намного хуже их?» – спрашивал я сам себя и не мог найти ответа.
В Питере никогда не было такого разнообразия товаров. Более того, уже начали выдавать продуктовые карточки, по которым можно было приобрести в пустых магазинах самое необходимое для питания на месяц: минимум гречки, риса, пшена, сахара, соли, мыла, мяса, колбасы. О таких деликатесах, как копченая колбаса, сгущенка, шоколадное масло, шпроты, копченая рыба, креветки и многие другие продукты, которые в настоящее время есть в свободной продаже, тогда и речи быть не могло.
