После всего пытаешься как-то запачкать ее: обыскиваешь склад, удивляюсь, почему при обыске и изъятии имущества Фонда не нашли… ни наркотиков, ни гранат… а деньги пора вернуть мне лично, самому. И… увольняешь Валю за… прогул. Не встретился, не поговорил… и уходит она из госпиталя в кровоподтеках и слезах.
О прогуле Валентины. Когда у тебя появился новый заместитель, бывший главный врач обкомовской больницы, после освобождения из лагеря, я к тебе с вопросом: «На какой хрен тебе этот наркоман, алкоголик…»
Ты жаловался — заставили принять! Позднее появился еще заместитель в «Снежинке», не помню фамилии — по неделе в запое, не просыхал. Я к тебе… оправдываешься — не знал я! Проглядел, жаль его! А сколько их в госпитале, алкоголиков, жуликов…
Можно часами смотреть и слушать, с каким воодушевлением ты рассказываешь на митингах, собраниях, различных встречах о нашей дружбе: обнимаешь, целуешь фрау X. Дандерс, члена правления германского Общества помощи ветеранам войны в России, гордишься этой женщиной высочайшей гуманности и доброго сердца. Был счастлив дружбой с этим человеком, не было случая, чтобы ты не поздравлял ее по любому случаю… Она тебе платила тем же. В Германии из ее уст часто звучали твое имя и рассказы о госпитале, о ветеранах… Сколько радости дарила она ветеранам, общаясь с ними в госпитале, его сотрудниками, больными людьми, везде, с кем встречалась. В домах детей-сирот устраивала праздники детям, игры, угощения.
В Германии Ханнелоре — активный участник международных симпозиумов, конференций, встреч… Она поддерживает, пропагандирует и проводит идеи мира, гуманизма, работает по оказанию помощи жертвам фашизма.
Сегодня ты проводил Ханнелоре с объятиями в Невьянск, а следующие три дня она лежит с сильнейшим нервным потрясением: без слов, без пищи… Она по своей природной сущности не могла понять, что произошло… Почему не встретился с ней… Наивная душа…
На ее вопросы ты откликнулся письмом: «Госпожа Дандерс! Я сожалею, что получал от ВАС гуманитарную помощь… сожалею, что наши взаимоотношения, как прежде, складываться не будут».
Вот так, не хочет вице-премьер для себя помощи…
Гуманитарную помощь получали госпиталь, инвалиды и ветераны войны, больницы, дома детей-сирот, структурные организации ветеранов и нуждающиеся люди. Десятки тысяч ветеранов получали серьезную помощь медикаментами… Говоришь: «Правительство области, ближе к концу года, от обещанных средств госпиталю на медикаменты дало… 8 % с небольшим…» «Сотрудники госпиталя констатируют: самые важные и дефицитные, дорогие медикаменты сердечно-сосудистые на 95 % получаем от немцев…»
Ты врач, премьер-министр, лишил ветеранов войны, госпиталь, больницы, дома детей-сирот, больных, другие категории людей, медикаментов, предметов санитарии, инвалидных колясок, постельного белья, медтехники, одежды, обуви, игрушек, продуктов питания, не говоря о таких «мелочах», как слуховые аппараты, очки, шампунь, мыло и т. д. Отнял у стариков здоровье, у детей — частицу детства…
После всего случившегося немцы попросили меня официально, как заместителя председателя Общества, обговорить с правительством области условия дальнейшей совместной организации гуманитарной помощи ветеранам войны… Правительство уперло меня в тебя… И вице-премьер правительства, врач, отказался от встречи без объяснения причин!
Позднее в госпитале валокордин был верхом дефицита… и из Германии ушел железнодорожный контейнер с медикаментами в госпиталь, оплатила стоимость перевозки кузина доктора И. Зюсса из своей пенсии. Ты ранее посылал ей письма благодарности. Между прочим, незадолго, как выбросить Фонд и разграбить его, просил меня не отгружать ничего, пока не оплатишь ранние услуги перевозки…
Общество не имеет средств на оплату перевозки и два контейнера с медикаментами отправило инвалидам в другие регионы, где, как ты, на здоровье инвалидов не играют в политику. Боль моя была беспредельна. Что ты делаешь?!
Будучи в Думе, в комитете социальной защиты, с твоего молчаливого согласия разваливалась в области структура организации медицинской помощи ветеранам войны: ликвидировали филиалы госпиталя, отделения и койки в больницах области, а ты, будучи вице-премьером, не реанимировал разрушенную структуру. В России нет более трагического положения ветеранов войны с медицинским обслуживанием, как в Свердловской области. Уйдя во власть, ты развалил госпиталь ветеранов войн, единственный в области, где старики раскошеливаются на медицинские услуги… Слова врача госпиталя: «Такого бардака, как у нас в госпитале, найти невозможно».
Пишешь в газете, что когда нет денег — ничего не выполняется. «Мы переживаем вместе с ветеранами, но время такое. Нас спасает то, что наши люди воспитанные, и когда с ними говоришь, рассказываешь всю правду, они понимают так, как надо». Приучаешь ветеранов к бедам, страданиям, терпению, уверенный, что ветераны не привыкли требовать, бороться за свои права, а надеются на твою милость, слушая сказки твои…
