— Почти. Ты в курсе, что вчера вечером Фредерика Гордона нашли убитым в подворотне на окраине Стоунбриджа? Ничего не хочешь мне сказать?
— Это не я. Это Кристал, — произнесла я, по-прежнему не оглядываясь на Эрика, но каким-то невероятным образом понимая, что он разрывается между желанием вклиниться в разговор и выдержать скорбную паузу. Пока выигрывал второй вариант.
— У вас это наследственное, что ли? Мне звонил Питер, и он был зол. Чертовски зол, между прочим! Он рвался прямо сейчас открутить тебе голову и послать её в качестве извинения Дженис Маркула. Твоя сестра чокнулась, да? Вслед за тобой?
— С нами обеими всё в порядке. Мы просто импульсивные и не любим ждать с моря погоды. Кристал убила Фредерика, потому что так было нужно для дела. Она, в отличие от меня, всегда поступает с умом.
— С каким умом, Эстер? Вампиры в ярости, все вампиры. Каждый нашёл в поступке твоей сестры угрозу для безопасности. Питер сказал, Стефани Морган отказалась иметь с нами дело, пока ты и Кристал живёте в этом городе. У нас нет союзников, а твоя дуэль через два дня! Что ты будешь делать? Как разгребать?
— Ещё не всё потеряно, — заявила я легкомысленно, решив идти до конца. Если день не задался с самого утра, хуже быть не может. — У меня есть козырь, поэтому я выкручусь. Не делай поспешных выводов и не теряй бдительности. Сейчас мы разворошили вампирское осиное гнездо — главное, не испугаться и не натворить глупостей. Держи меня в курсе, я уже еду домой.
— Сбежала с уроков? — понимающе хмыкнула Анита, лишь чудом не срываясь и не начиная читать мне нотации. Похоже, у меня талант вызывать у людей желание поучить меня уму-разуму.
— Можно и так сказать, — сказала я насмешливо и без предупреждения отключилась, забросив телефон в сумку. Выслушивать скучную лекцию ликана по поводу моих поступков не хотелось.
Значит, Стефани решила не ввязываться и постоять в стороне, пока всё не успокоится… Что ж, я её понимаю. Такой крупный и влиятельный клан, как у неё, наверняка балансировал на грани — одно неверное движение, и на них падёт гнев Дженис Маркула. Само собой, никто из них не хотел связываться с проблемными охотниками, пусть даже ради поимки опасного преступника. Не их профиль, как сказала бы Тамина, если бы до сих пор жила со мной в одном доме.
Эрик кашлянул, привлекая моё внимание. Оказывается, я так задумалась, что не заметила, как машина остановилась на подъездной аллее, и двигатель перестал работать.
— Ой, извини. Спасибо, что подвёз. Мне пора.
Словно в дурацкой мелодраме, я почему-то растерялась, начала мямлить, говорить отрывистыми фразами и вообще вести себя по-идиотски. Я изо всех сил попыталась выглядеть нормальной, а вместо этого превратилась в ходячий памятник неуклюжести хотя бы потому, что первым делом уронила сумку и рассыпала оружие у себя под ногами, а, потянувшись его собирать, опять порезалась. Один из метательных ножей почему-то выскочил из ножен, а наточен он был отменно. В итоге аккуратный порез длиной примерно с палец протянулся через всю мою ладонь на многострадальной левой руке. Я чертыхнулась, полезла в бардачок за салфетками и ожидаемо накапала кровью на сидение, как будто других несчастий мне мало!
Эрик наблюдал за всем этим безобразием с хищным прищуром и кривой улыбкой, которая, впрочем, сошла с его губ, когда я наконец-то обмотала руку салфеткой и прижала её к груди, морщась от не самых приятных ощущений.
— Мироздание тебе мстит, ты в курсе? — несколько философски спросил Эрик и перегнулся через меня, чтобы убрать ремень безопасности. При этом получилось так, что я практически уткнулась носом ему в шею, с удовольствием вдыхая знакомый запах краски. Если бы я попыталась отодвинуться, задержать дыхание, фыркнуть или ещё как-нибудь продемонстрировать своё отвращение, это было бы правильно! Я сама несколько минут назад открытым текстом заявила Эрику, что не хочу иметь с ним ничего общего до тех пор, пока не закончится моя миссия.
Но, чёрт возьми, в тот момент я вообще ни о чём не думала! Мозг просто выключился, остались только инстинкты, которые велели мне придвинуться к Эрику максимально близко с явным намерением поцеловать его…
— И что ты делаешь? А как же твоя яростная речь о бойцовских собаках и лишних людях?
Эрик распахнул дверь со своей стороны и вышел на улицу, впустив в салон автомобиля поток холодного воздуха с редкими снежинками. Конечно, его стратегическое отступление больше походило на бегство, что сразу же отметил мой цепкий до мелочей разум.
— Не знаю я, что делаю. Не знаю, — проворчала я себе под нос, пока осторожно выбиралась из «Пежо», стараясь не задевать ноющую левую руку. — А ты меня не провоцируешь! — уже громче добавила я и потянулась за сумкой, но Эрик первым схватил её и повесил к себе на плечо.
— Я пытаюсь понять, чего от тебя ждать. Ты уже дважды за сегодняшний день попыталась со мной расстаться, но каждый раз что-то идёт не так. Может, определишься? Я не железный!
— Как будто мне нравится эта идея. Только всё равно у меня нет выбора. И у тебя тоже, между прочим.
