— Продолжаем тренировку, теперь выходи из здания, — раздался в голове голос Альберта, а дракончик начал выписывать круги на моей коже, вызывая мурашки и заставляя думать о чём-то, чему место должно быть в спальне, а не на поле боя.
Когда я вышла на свежий воздух, то никакого боя, который я ожидала увидеть на улице, не наблюдалось. Людей было много, но каждый из них вёл себя странно. С дикими, испуганными взглядами они перемещались мелкими перебежками от одного здания до другого, кто-то в поисках укрытия, а кто-то в попытке сбежать.
Фамильяр, идущий шаг в шаг рядом со мной, внимательно смотрел по сторонам, готовый в любую секунду отразить чьё-то заклинание, но я не до конца понимала, почему он так тревожился.
— Альберт, а что происходит? — задала я, как мне казалось, единственно правильный вопрос.
— Это же тренировка. Разбирайся сама, — дракончик ожил на время и замер где-то в районе моей ключицы, как только мужчина договорил.
Я поморщилась от такого уклончивого ответа и стала высматривать летающую громадину, чтобы лично высказать этой драконьей туше всё, что я думаю по поводу методов обучения и недомолвок, но небо было чистым, безмятежным и абсолютно "бездраконьим".
В отдалении стояли на якорях корабли, чьи паруса были убраны. Я засмотрелась на красиво развевающиеся на ветру флаги… Тут всё и началось.
Разъярённый дракон появился словно из ниоткуда, пролетел над складами, выпустил пламя, и они мгновенно заполыхали. С перепугу мне показалось, что и меня зацепит или что мне не удастся уйти от огня. С одной стороны, обошлось, но вокруг всё затянуло дымом, откуда-то донеслись крики ужаса. Не умолкая ни на секунду, тянулся на высокой ноте женский визг, который внезапно оборвался.
— Альберт! — мысленно позвала я, но он не ответил, а метка на руке потеряла форму дракончика и казалась безжизненным кругом.
Тогда я закричала, рассчитывая, что слух у драконов должен быть лучше, чем человеческий:
— Альберт!
Единственное, чего мне удалось достичь — это того, что я раскашлялась.
Прикрывая рот рукой и защищая глаза, покачиваясь и постепенно ускоряя ход, я попробовала выйти из дыма, но ничего не получилось, он по-прежнему был повсюду и мешал сосредоточиться. К тому же я обнаружила, что фамильяра не было рядом — по телу прошла холодная волна.
— Коша-а-ак, — просипела я.
Молчание. Ещё не было случая, чтобы он не отозвался.
Когда же мне всё-таки удалось выйти на открытое пространство, остановилась как вкопанная. Ситуация поменялась. Люди, что недавно бежали от опасности, теперь повернули обратно и яростно сражались с драконом, закидывая его неизвестными заклинаниями.
Я была практически спокойна. Ведь это дракон. Огромный, страшный, мощный дракон, что ему будет от каких-то плёвых заклинаний?
Всё так, только нападающих становилось всё больше и больше, пока не стало слишком много.
Где Сейра? Где Фенрал?
Что я должна сделать в этой ситуации? Как помочь? Какую магию использовать? Как разом справиться с несколькими тысячами людей?
Я растерялась.
Тем временем какой-то мужчина из безликой толпы забрался на бочку, так, чтобы его все видели, и заорал:
— По крыльям и глазам лупите! Давайте! Добивайте его!
Впоследствии я не раз пыталась восстановить картину того, что я увидела тогда, но в голове всплывали лишь отдельные кусочки, никак не складывающиеся в цельную картину.
Среди нападающих внезапно заприметила мужскую фигуру, что стояла немного поодаль от остальных. Издалека было непонятно, кто это, но каштановые волосы и уверенная поза напоминали мне кого-то очень знакомого…
…того, от страха перед которым мне так и не удалось до конца избавиться… Демона… Высшего демона…
Он стоял в лучах закатного солнца, практически не двигаясь и не отводя взгляда от толпы, лишь раз мужчина пошевелился, потягиваясь с облегчением, когда налетел едва уловимый ветерок, несущий прохладу.
Только этот кукловод мог заставить всех этих дрожащих от страха людей действовать слаженно.
Демон резко подался вперёд, и одновременно с этим до меня донёсся глухой громкий треск, а следом, почти сразу, рёв побеждённого дракона.
Я закричала от отчаяния, глядя на то, как исказилась морда дракона в странной гримасе, залитой его же кровью, и как заклинания начали кромсать его безжизненное тело.
Мне резко стало хуже, перед глазами поплыло, а магия вышла из-под контроля.
На какое-то мгновение перехватило горло, я судорожно раскрыла рот, пытаясь захватить воздуха, но стоило мне услышать рядом с собой расслабленный голос Альберта, как всё пришло в норму:
— Зигфрид, ты только объясни, зачем столько трагизма?
— Я давал им надежду! — с раздражением ответил тот.
— Ну, можно же как-то иначе было дать им надежду? Не обязательно же меня на растерзание им было отдавать. Что за скрытые личные фантазии на эту тему? — с издёвкой спросил Альберт.
