Ей пора смириться, что она не может вернуть Хана или своего отца, перестать оплакивать потерю, уступив место в сердце светлой грусти и вечной памяти. Те, кто был дорог ей и кто уже не с нею — ведь они не исчезли, не растворились в Бездне; они слились с Силой и преобразились в Силу, став частью ее бесконечного потока. Быть может, прямо сейчас они наблюдают за жизнью других, не способные говорить с живыми напрямую — это умение дается лишь величайшим одаренным, — но способные по-прежнему видеть и слышать происходящее в мире и даже опосредованно влиять на события. Так, по крайней мере, Сила успокаивала рану в душе девушки.
Что касается Бена — единственного, кто действительно еще мог вернуться, сколь бы невероятным это ни казалось, — Рей твердила себе, что она, по крайней мере, вырвала его у смерти в последний момент и передала матери то, что осталось от его души, от его личности.
Сила шептала ей, что она не такая, как другие одаренные. Особенная. Хотя Рей не понравилось это определение, как и Лее; она, как и Лея, решила, что так говорят о неполноценных. В ней есть нечто непостижимое; то, что притягивает мидихлорианы, увеличивая ее мощь, особенно перед лицом опасности. Этого довольно для ситха, или воина Рен — бледного подобия ситха; однако недостаточно для джедая, чья философия — это философия бескорыстной щедрости и всесторонней отзывчивости: «не забирать, а отдавать».
Способна ли она делиться энергией, а не только впитывать ее? Рей этого не знала. Она хотела; безусловно, хотела — но это не одно и то же. Впрочем, она поняла кое-что особенно важное: есть техники, которые могут помочь ей управлять своим даром.
— Что для этого необходимо? — вопросила она.
Ей ответили: «Научиться существовать для другого. Думать о нем больше, чем о себе и о своей жажде любви».
Тогда она научится не только губить, но и исцелять. Не только забирать силы, но и отдавать их.
Пока Рей является слишком легкой мишенью для Тьмы и ее адептов. Она ступает по тонкой грани, рискуя сорваться. Она открыта страстям, подвержена гневу и стремлению к мести.
Помнит ли она еще о том, кого едва не опустошила, лишив всего, что было для него важным, и оставила в руках врагов? Во всяком случае, тех, кого он мыслит врагами.
Рей замерла на миг, боясь признать, что она помнит о Кайло и думает о нем куда больше, чем ей бы того хотелось. Что она угнала его корабль и взяла его одежду; что сердце ее поневоле полнится нелепой и неуместной жалостью к убийце; той самой непростой, полной противоречий жалостью, которая граничит не то с ненавистью, не то с другим, трепетным и робким чувством. А там, где существует противоречие, есть и страдание.
Ей предстоит вновь повстречаться с Кайло. Сила сообщила ей об этом, затронув и заставив всколыхнуться в душе девушки ее ставшее уже давним желание видеть своего врага, отнюдь не ушедшее после побега с Бисса и после их подсознательного столкновения.
Рей смиренно кивнула, стараясь не замечать того, каким стыдом и восторгом вдруг запылали ее щеки; каким трепетом испуга и невыносимого ожидания наполнилось сердце. Когда придет время, она возвратит ему то, что украла. Вопрос лишь в том, как к этому сроку изменится он сам.
Откровение Силы, постигшее ее на месте погибшего храма, имело, прежде всего, значение исповеди, которая помогла девушке снять груз с души. Когда Рей по окончании своего духовного приключения говорила с Люком, ее глаза все еще были влажны. То были священные слезы, знаменующие очищение. Преломляя солнечные лучи, они блестели на ее лице, словно бриллианты.
Как же она была благодарна Скайуокеру за то, что тот настоял на путешествии сюда!
Рей вдруг сделала потрясающее открытие, и хотела, чтобы наставник поскорее подтвердил или опроверг ее теорию:
«Мидихлорианы обладают разумом?»
То, что они живые и постоянно находятся в движении; даже то, что эти существа способны так же, как все живое, рождаться и умирать — в этом Рей уже не сомневалась. Но являются ли их действия осознанными? И осознанно ли они выбирают своих носителей?
«Разумеется, — Скайуокер был как будто несколько обескуражен, почему эта простая вроде бы истина открылась его ученице только теперь. — Проводники Силы наделены и разумом, и собственной волей».
В некоторых голокронах, что ему удалось обнаружить, говорилось даже о цивилизации, основанной мидихлорианами в недрах их родной планеты, которую джедаи называли Планетой Силы, и которую — воистину! — и не назовешь никак иначе.
«Тогда почему они не скажут напрямую, что со мной происходит?!» — Рей на миг закрыла лицо ладонями.
«Сила никогда не дает прямых ответов. Она позволяет нам самим отыскать их. И лучше познать самих себя».
Рей уловила мысли Скайуокера — печально-снисходительные. И то, о чем он думал, вводило ее в замешательство. Люк в который раз отмечал себе, как же похожа эта девочка на Бена — на той самой грани своего ученичества, которую юный Соло не сумел преодолеть, скатившись во Тьму. Такая же дерзкая, решительная, импульсивная. Такая же отчаянно одинокая. Столь же горячо стремящаяся узнать, что же с нею не в порядке.
