– Должен признаться, я не ожидал, что ты сможешь выжить в Этериуме – и выбраться из него после того, как Адрия всучила тебе цветок. Это было настоящим прорывом, и я полагал, что ты воспользуешься этим шансом и забьешься в какую-нибудь нору, но вместо этого ты опять явилась прямиком ко мне, не так ли? И предоставила мне возможность уничтожить не только тебя, но и всех твоих друзей.
Он качает головой, будто недоумевая, но я не так наивна, чтобы поверить, что это и впрямь озадачивает его. Это тщательно подготовленная речь, предназначенная специально для того, чтобы подорвать мою уверенность в себе. Хотя, разумеется, то, что я это понимаю, не означает, что он не достигает цели. Тем более что с его словами не поспоришь.
Я действительно несколько раз невольно подыграла ему, я раз за разом игнорировала все предупреждающие знаки и ставила друзей под удар, даже когда не желала того или просто пыталась их спасти. В который раз я думаю о том, что у меня должок перед Каргой – трудно об этом не думать, когда Сайрус называет ее Адрией, как будто они закадычные друзья и он знает все о нашем визите к ней.
Значит ли это, что все это время он был с ней заодно? От этой мысли мне хочется кричать – особенно когда я думаю о том, что Карга может потребовать от меня ответной услуги, когда захочет. Или когда захочет Сайрус? Меня захлестывает ужас – неужели я, сама того не желая, привязала себя к королю вампиров, когда пыталась сделать прямо противоположное?
Сайрус делает паузу для драматического эффекта – а вернее, для того, чтобы я взорвалась и вышла из себя. Но я ни за что не поддамся и не доставлю ему такого удовольствия. Только не теперь, когда он отнял у меня так много.
Вместо этого я продолжаю смотреть в пол, стиснув зубы. «
Спустя несколько бесконечно долгих секунд Сайрус испускает тяжелый вздох.
– А теперь еще и это – ты опять втянула всех в передрягу. Я был уверен, что мне придется высылать поисковые отряды, чтобы силой доставить тебя к моему двору. Однако ты уже здесь. И ты даже не потрудилась договориться со мной об условиях, когда прибыла сюда. Нет, Грейс, только не ты. Ты просто взяла и явилась прямиком в мою темницу, как будто тут медом намазано. – Он качает головой. – Тысячу лет я планировал, что сделаю, когда наконец доберусь до кого-то из потомков Кассии. Я собирал легионы воинов, чтобы захватить тебя и обрести то, чего был лишен все эти годы. – Он снисходительно усмехается и опять качает головой. – Но я никогда не думал, что та, в ком течет кровь Кассии, окажется так глупа, что принесет мне все, чего я хотел, сама, можно сказать, на блюдечке. Так что большое тебе спасибо. Ты дала мне куда больше, чем я когда-либо смел надеяться.
Даже понимая, что делает Сайрус, даже осознавая, что он пытается разрушить остатки моей уверенности в себе, я все равно чувствую себя конченой неудачницей. Потому что он прав. Все, что он говорит, правда. Все произошло именно так, как он сказал.
С самого первого дня в этом мире я чувствовала себя так, будто кто-то играет со мной в шахматы. Однако я так и не разработала стратегию, не попыталась изменить ход игры, повернуть ее в свою пользу. Вместо этого я все время думала только на один ход вперед – и вот очутилась здесь, в этой камере пыток. Как и мои друзья.
Из-за своих ошибок, из-за своей недальновидности я погубила не только себя, но и всех, кого люблю. Удастся ли мне когда-нибудь загладить свою вину перед ними? Удастся ли кому-то из нас спастись?
Сайрус подходит к полкам, на которых лежат жуткие орудия, на секунду останавливается перед ними, будто раздумывая, какое из них хочет испробовать на нас. И наконец берет два длинных металлических штыря с острыми концами, при виде которых у меня падает сердце.
Я не знаю, для чего предназначены эти штуки, но вряд ли для чего-то хорошего. Это конец. Я запорола все, что могла, и теперь из-за меня все будут страдать.
Вот бы узнать, как можно это остановить.
Сайрус опять поворачивается к нам, держа металлические штыри. При этом он встречается взглядом с Хадсоном, и на секунду я вижу в его глазах нескрываемую радость от того, что теперь он наконец может отплатить своему сыну за то, что тот сделал с ним на том поле для турнира Лударес.
Он подходит к моей паре, явно желая, чтобы он молил его о пощаде. Хадсон никогда этого не сделает, но это готова сделать я. Не будь я прикована к стене, я бы заслонила его, чтобы Сайрус убил меня и чтобы за это время Хадсон смог придумать, как остановить его.
Но я прикована к стене и могу только бессильно наблюдать.
Пожалуйста, молю я вселенную, пожалуйста, не дай ему причинить вред Хадсону. Не дай ему причинить вред никому из них. Они не заслуживают, чтобы он лишил их магической силы – они не заслуживают смерти, – и все из-за ошибок, которые совершила я. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.
