Испытание полностью

Его морда еще страшнее, чем тело – молочно-белые глаза, жуткие зубы длиной с мою руку и вывороченный нос, нужный непонятно для чего… если не считать того, что его вид пугает до усрачки.

– Не все ли равно? – наконец отвечаю я, когда это существо с глухим стуком становится на все четыре лапы и роет землю, будто желая только одного – съесть нас. И от меня не укрывается тот факт, что оно достаточно велико, чтобы сгрести и проглотить нас всех, как горсть M&M’s.

Это самое огромное и жуткое существо, которое мне когда-либо доводилось видеть. Куда до него мерзким жукам, теням, похожим на змей, куда там всему, с чем мне приходилось сражаться прежде и с чем доведется сражаться в будущем. Это худшее из всего, что может быть – потому что хуже просто некуда.

А Реми еще и впечатал в его шкуру камешек с руной, разозлив его.

Как будто недостаточно того, что оно настроено нас убить и так умно, что следило за нами, оставаясь незамеченным, так Реми еще надо было вывести его из себя.

Значит, вот с чем нам надо сразиться, чтобы получить эликсир? Вот что нам надо победить?

Части меня хочется сдаться, хочется сказать: «Спасибо, не надо, это была плохая затея. Я вернусь как-нибудь потом с системой залпового огня».

Но, к сожалению, это не вариант, притом по многим причинам. Во-первых, потому что нам надо либо победить, либо умереть – пан или пропал, и обратной дороги нет. Во-вторых, мне нужен этот эликсир, потому что только так я могу спасти мой народ. В-третьих, мне необходима Армия горгулий, потому что только так я могу помешать Сайрусу стать богом. А в-четвертых, мы уже зашли слишком далеко и слишком много потеряли. Так что нам действительно нужно завершить это все.

Значит, мне пора перестать распускать нюни. И что с того, что этот зверь огромный, жуткий и в ярости? Он стоит между мной и спасением всех тех, кто мне дорог, а значит, либо он будет побежден, либо я погибну.

Я очень надеюсь, что случится первое, но сейчас исход еще не определен.

– Вы готовы? – спрашиваю я, глядя на Хадсона, стоящего справа от меня, и на Джексона, стоящего слева.

– Нет, – отвечает Мэйси, но она стоит за моей спиной, и я знаю, что она прикрывает меня.

Это хорошо, потому что эта тварь явно готова разорвать нас на куски.

– Бегите к краям арены, – кричит Реми, и мы все рассыпаемся, как кегли от удара шара.

– Зачем? – спрашивает Иден на ходу.

– Поверьте мне. А когда добежите туда, двигайтесь против часовой стрелки.

– Это что, и есть твой план? – спрашивает Флинт. – И что нам делать? Бегать, пока мы не умрем?

– Я просто хочу посмотреть, сработает ли это, – говорит Реми.

– Сработает ли это? – повторяет Мэйси. Она бежит так быстро, будто от этого зависит ее жизнь, но у нее вдруг становится неуверенный вид.

И немудрено. У этой твари чертовски длинные ноги, и она наверняка сможет нас догнать – нет, не вампиров и не тех из нас, кто может летать, но Мэйси, Колдер, Дауду и Реми, похоже, крышка.

Неудивительно, что моя кузина отнюдь не в восторге.

– Беги, – кричит Реми Флинту.

Флинт удирает, его протез ничуть не тормозит его, но зверь догоняет его.

– А что я, по-твоему, делаю? – огрызается он. – Почему бы вам просто не превратить эту тварь в кролика?

– Ты думал, я не пыталась это сделать? – кричит Мэйси. – Это не работает. Она не восприимчива к магии или что-то вроде того.

– Я тоже ничего не мог сделать, – говорит Хадсон.

– На хрен, – бормочет Флинт и превращается в дракона.

Зверь пытается схватить его за хвост, но промахивается на дюйм, а может быть, и меньше. И Флинт взмывает под купол, а чудовище ищет следующую мишень.

Судя по всему, его следующая мишень – это я, потому что он несется на меня, пуская слюни и скребя когтями по каменному полу. Это жуткий звук, и я морщусь, стараясь бежать быстрей. Секунду мне кажется, что надо бы последовать примеру Флинта и взлететь в воздух, но я пытаюсь добежать до края, как хотел Реми.

Пусть Реми и не очень откровенен, когда речь о его замыслах, но, если я что-то и узнала в тюрьме, так это то, что у него всегда, всегда есть план. Остается только надеяться, что его план относительно этого чудовища по-настоящему хорош.

Сейчас я нахожусь всего ярдах в двадцати от края арены, но эта тварь догоняет меня. Я прибавляю скорость, но еще пара футов, и я чувствую его жаркое дыхание на моем затылке. Нет, этого нельзя допустить.

У меня сейчас даже нет времени, чтобы сбежать, так что вместо этого я берусь за мою платиновую нить, превращаюсь в сплошной камень и застываю на бегу, вытянув руки и ноги. Я надеялась, что это убедит зверя оставить меня, но он, похоже, разозлился сильнее, чем я думала, потому что он хватает меня за талию и тащит по арене, тащит все две тысячи фунтов камня.

– Отличный план, Реми, – рычит Джексон, но я не обращаю внимания ни на что, кроме этого чудовища.